Уже родился миф вокруг имени его. Уже взял полковник Паркер за правило увозить его с концерта — под занавес — резко и неожиданно, без выходов на «бис», уже произнес он в этой связи свою знаменитую фразу: «Пусть им все кажется мало и мало». И Элвис послушно не выходит на поклон, дрожа от возбуждения, бросается под охраной телохранителей в машину. Он оставляет своих поклонников внезапно, пока они еще до конца не осознали, что же произошло. Когда приходят в себя, он уже далеко — недосягаем. И они разносят зал в щепки — он расковал их свободу. Мир не останется прежним — это пробуждение. Это внутренний толчок. А то, что белые станут копировать движения негритянских танцев, походку чернокожих и их ритм, — лишь элементы сопровождения. Главное — в исступлении. И он сделал это один, хотя весь сумасшедший мир, безумная конфликтная ситуация в нем подготовили почву. И вот его выступления ассоциируются не просто с эпохой в поп-музыке, а с жизнью целого поколения. Не только в США — во всем мире: в Японии и Исландии, Польше и Египте, ЮАР и СССР. Через океаны, границы и традиции вошел он почти в каждый дом (или придет чуть позже).
Как объяснить этот феномен? Что сказать, если не сработали сдерживающие центры, станции глушения, увещевания и грозные окрики? Не отмахнуться от активного воздействия американской массовой культуры как таковой и неотъемлемой ее части — поп музыки. Теперь, когда она залила наш эфир, это очевидно: так в чем причины?
Во-первых, музыка эта досуговая, во-вторых, она сделалась (уж как это произошло — теперь можно писать исследования) основной формой коммуникации в среде молодежи, в-третьих, музыка эта олицетворялась и олицетворяется молодыми людьми с их внутренним миром, она — средство их самовыражения. Ритм-энд-блюз, рок-н-ролл, соул, которыми прекрасно владел Пресли, при нем и после него трансформировались в калифорнийский рок, фолк-рок, хард-рок, хэви металл и другие направления рок-музыки. Поп-музыка, использовав радиовещание как стартовую площадку, захватила и освоила необъятные просторы телевидения, грамзаписи и видео. Шоу-бизнес сумел оценить возможности «неожиданного явления» и подчинить эту сферу музыкальной культуры своим интересам.
Элвис Пресли был одним из зачинателей музыкальной революции. И более двух десятилетий оставался королем рок-н-ролла. И всегда входил в пятерку лучших исполнителей поп-музыки: вместе с Элом Джонсоном (скончавшимся в 1950-м, до выхода Пресли на большую сцену, первый хит его появился еще в 1913 году); Бингом Кросби, самым популярным певцом в мире (соперничавшим разве что с героями мультфильмов Диснея), выпустившим 125 альбомов и 2600 синглов, получившим платиновый диск в 1960 году; знаменитейшим Фрэнком Синатрой по кличке Голос и ансамблем «Битлз», который не надо представлять. Пресли — в когорте сильнейших. И он — в руках опытных представителей делового мира. Они помогли ему приобрести дом в Грейс ленде (3764, Хайвей 51, Южный Мемфис), он владелец несчетных кадиллаков всех цветов радуги. Ему подобрали друзей и охрану: «мафия из Мемфиса» (так величают его ближайшее окружение) следует за ним повсюду, предупреждает любое желание. За ним следят, ухаживают, наводят перед каждым выходом косметический лоск. Его упаковывают красиво, изящно, виртуозно. И торгуют им. И он — паинька, кукла, манекен, он не сопротивляется. Сидит себе в хрустальной (чтобы видно было всем — но руками не трогать) клетке, под ажурным колпаком, что-то шепчет — видно движение губ, может быть, хочет спросить, как Дик Риверс, герой его будущего фильма «Люблю тебя»: «Так вот что вы хотели со мной сделать — продавать, показывать как обезьяну в зоопарке? Так?»
Его фотографии наводняют мир. Лицо и имя его повсюду, сувениры Пресли поставлены па ноток: майки, кепки, галстуки, ремни, свитера, браслеты, открытки, значки, ручки, карандаши, пуговицы, подушки, расчески, гитары, одеколоны, носки, трусы, платки, кошельки, кружки. И конечно — пластинки. Над все новыми рекламными проектами постоянно работает штат специалистов. Самому тоже передышки не дают. Запись ведут и по ночам, подбадривая стимуляторами. Появилась у него и группа сопровождения, нет, не мальчики из охраны (те — само собой), а хоровой квартет «Джорданэрс» — неплохие ребята: знают, как выстроить фон для его богатого голоса. И выходит он к зрителям в «золотом костюме стоимостью 4 тысячи долларов» (об этом не забудут упомянуть репортеры) с обезьянкой или попугаем на плече — для экзотики, и смахивает шелковым шейным платком пот со лба, и бросает его в зал, где рвут дар звезды на части, чтобы хранить потом кусок материи всю жизнь.