– Арсень, развяжи его, – еле слышно попросил Джек, отшвыривая пистолет в сторону, в груду хлама. Показалось, или его слегка трясло. – Только без вопросов.
– Сейчас.
Арсений торопливо нашарил ножницы в кармане сумки. Провода давались тяжеловато, ножницы жевали резину, но всё-таки резали.
– Ты в порядке? – тихо спросил он у Джима под прикрытием возни с проводами. – Сейчас…
– Всё нормально, – док мимолётно улыбнулся. – Я твой порез потом осмотрю.
Арсений кое-как пережевал провода ножницами, смотал их в комок и бросил в угол. Джим поднялся, разминая затёкшие запястья.
– Джек, кажется, мы не поняли друг друга в прошлый раз. Я предлагаю спокойно поговорить в гостиной без пистолетов и воплей.
Подпольщик не обернулся.
– Да, поговорим, – выдавил через силу. – Я приду. Минут через пять.
Джим тихо вышел, оставив дверь открытой настежь.
– Пойдёшь? – поинтересовался Арсений, пинком отправляя стул с дороги.
– Куда денусь.
Джек встряхнул головой, повернулся к нему. Взгляд подпольщика упал на пистолет.
– Прибрать надо.
– Это с меня. Иди уже, выясняй семейные отношения.
– Ты мне тоже будешь нужен.
– Что?.. – Арсений недоумённо прищурился, опершись на спинку стула. Зря. Спинка была явно не в лучшем состоянии. – Я-то вам там зачем?!
– А испытание кто проходить будет? – огрызнулся Джек не слишком уверенно.
Он чего, боится?
Судя по виду подпольщика, предположение было недалеко от истины. Тянул он до последнего, сначала разряжал и прятал пистолет, потом ещё зачем-то принялся оглядываться, как будто забыл чего.
Арсений, ждущий у лестницы, фыркнул.
– Ладно, я пока туда. Как соберёшься…
Джек нагнал его у самой гостиной, не дав открыть дверь.
– Я был не прав, – буркнул недовольно, упрямо глядя в сторону. – Может, перегнул палку. Но извиняться не буду точно.
Арсений через него дотянулся до дверной ручки.
– Твоё дело, так-то, – ответил как можно нейтральнее. – Моя работа – испытания проходить.
Джим их ждал. Когда оба вошли в комнату, док сел на диван. Джек, не глядя на брата, прошёл к креслу и плюхнулся туда.
Арсений тихо вздохнул и потянул листок со списком. Как назло, опять выпали невидимые чернила.
Зато у вас времени будет навалом.
– Джек, – заговорил Джим спокойно, – я не представляю для Кукловода никакой ценности, не более, чем ты, не более, чем любой другой обитатель дома. Просто ещё одна марионетка.
Арсений осторожно положил на стол туфлю и трубку.
Джек нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла.
– Что, Кукловод совсем не заботится о своих слугах? – выпалил резко, всё так же отводя взгляд.
– Мы не слуги. Последователи делают то, что хотят делать, он ничего нам не приказывает и ничего не дает за это.
Арсений подпрыгнул, доставая с верха шкафа куклу. Установилась тишина.
Я на этом празднике жизни явно лишний. Джек, блин ты ушастый, какого с собой потащил?! Может, ещё за ручку тебя подержать?
Хотя… это идея.
– И зачем же ты тогда… – Джек впервые посмотрел прямиком на брата, – «идешь его путем», если тебе от этого никакой пользы?
Джим устало вздохнул. Арсений и отсюда, с дальнего края комнаты видел, как он устал. Так выглядят люди, перенёсшие тяжёлую болезнь.
Старое радио было водружено на стол рядом с остальными предметами. Оставалось загадочное «п с ы» и не такое загадочное «пу я за».
– Пойми, Джек, я не иду его путем, – судя по тону, Джим уже отчаялся что-то втолковать младшему. – Весь этот культ Кукловода-учителя придумала Алиса, и я не имею к нему отношения. Я хочу понять Кукловода и помочь последователям сохранить жизнь и разум, потому что под руководством Алисы они могут совершить даже ритуальное самоубийство.
Джек поднялся с кресла. Как и ожидалось, принялся протаптывать след в ковре.
– Да ты ещё более чокнутый, чем я думал! – выдал, наконец, замерев у камина.
– Двинься, – попросил его Арсений. Подпольщик посторонился, и из-за его спины оказались вытащены песочные часы. С вазой Арсений решил повременить, чтобы дать время братьям закончить разговор.
– Нет, ты объясни… – Джек скрестил руки на груди, поворачиваясь спиной к камину, – на какой черт тебе сдалось его понимать?
Арсений кинул быстрый взгляд на Джима. Вряд ли тот бесится. Он бы на его месте…
Док, да ты ангел.
Арсений тихонько хмыкнул и от нечего делать ткнул клавишу на рояле. Низкий тяжёлый звук сорвался из-под пальца. Куда громче, чем он рассчитывал.
– Тьфу, чёрт…
Братья синхронно обернулись в его сторону.
– Я ничего, – поспешно заверил Арсений, выставляя перед собой ладони. – Меня тут нет.
– Я уже говорил тебе, – заговорил Джим терпеливо, снова поворачиваясь к Джеку, – ни один человек ничего не делает просто так. Зачем он испытывает людей? Почему для него настолько важна свобода?
– Да мне плевать на это, он просто чертов маньяк!..
– Не бывает просто маньяков. Ими не рождаются, Джек, а становятся обычные люди. Поэтому я хочу понять его, понять, как он мыслит. Почему он выбрал этот дом? Что именно здесь произошло?
Таймер дошёл до двадцати секунд.
Арсений, стараясь не привлекать внимания, потащил к столу пустую вазу.
– Давай, задавай вопросы! – Подпольщик раздражённо отпихнул упирающуюся ему в спину уголком книгу. – С тобой все ясно – увлекся загадками этого домишки. А я считаю, что человек, который съехал с катушек и начал убивать, понимания не заслуживает. Поэтому он просто маньяк, а я хочу побыстрее выйти на свободу!
Ваза оказалась на столе. Таймер потух.
Джек, выглядя ещё более растерянным, чем до начала разговора, стремительно вышел из комнаты.
Арсений остался наедине с Джимом. Док, едва брат покинул комнату, откинулся на спинку дивана, отсутствующе провёл пальцами по лицу. Вздохнул.
– Вот и поговорили…
– Я понимаю, это… – Арсений ощутил острую нехватку слов. Как всегда, когда приходилось извиняться перед небезразличным человеком. В качестве компромисса он сел на ручку дивана, стараясь не отводить взгляда от Джима. – Короче, я тоже тот ещё… Был уверен, что Джек не выстрелит, поэтому решил его не останавливать.
Джим не шелохнулся. Так и сидел, откинувшись и закрыв глаза.
Ему сейчас ни до чего… В отличие от Джека.
– Короче, я идиот и уже ухожу. – Арсений поднялся. – Просьба не швыряться вслед ножницами.
– Арсень, Джек вспыльчивый, но он все же мой брат, – догнал его на пороге голос Джима. – Он никогда не выстрелит в меня, и, в конце концов, ему пришлось бы меня отпустить. След от пули на стене – демонстрация, что пистолет заряжен, только и всего. – Он помолчал пару секунд и добавил совсем тихо: – сядь рядом.
Арсений передумал уходить. Вернулся, плюхнулся на диван, пристально и вопросительно посмотрел на Джима. Тут же поморщился, пошарил рукой, вытащил из-под себя толстенную медицинскую энциклопедию. Осторожно переложил её на стол и снова перевёл взгляд на дока.
– Э-э… так на чём мы прервали разговор?
Джим мягко улыбнулся и положил его руку себе на колено ладонью вверх.
– Глубоко?
– На то, чтобы обратить мою рубашку в кошмар стирального дня Дженни, крови оттуда хватило. – Арсений впервые именно внимательно оглядел Джима. Что-то в самой манере его поведения определённо было не так.
Из-за ссоры… Совсем хреново, значит.
– Да, я уже вижу… – Джим невесомо провёл кончиками пальцев по его окровавленной ладони, – передай сумку, я перевяжу.
Арсений послушно перетащил не пострадавшей рукой сумку на диван, поставив между ними.
– Между прочим, это наш самый осмысленный разговор с тех пор, как Джек оказался в доме, – Джим взял его ладонь. Нахмурился, отложил и полез в сумку за ватой и перекисью водорода. – Он все так же не может понять меня, но хотя бы перестал злиться. Думаю, ты уже знаешь, что это я пригласил его… Ничего, что я рассказываю?
Арсений кивнул. Джим тоже ответил ему еле заметным кивком. Проведя пальцем по краям пореза, он резко плеснул прямо внутрь раны довольно большое количество мгновенно вспенившейся жидкости.