– Мне нужно было поделиться своими наблюдениями, посоветоваться. Но я, видимо, плохо знал брата. Или действительно увлёкся. – Он досадливо помотал головой. – Не знаю. Ничего не знаю.
– А может, – Арсений стоически терпел боль, но говорить всё равно получалось тяжело, – тебе просто нужно было… чтобы близкий человек был в этом чёртовом доме рядом?..
Он не выдержал, тихонько зашипел, вторя шипению перекиси.
– Короче… – сморщился, но тут же выдохнул, – уф, щипать перестало. Может, если Джек перестал злиться, то и это поймёт. Я с ним поговорю.
– Думаешь, получится? – Взгляд из-под полуопущенных ресниц. Тёплые пальцы медленно накладывают повязку на ладонь. – Джек, как ты мог заметить… упрям.
– До этого я думал, что он не перестанет беситься, – Арсений, слегка хмурясь, наблюдал, как его ладонь покрывается слой за слоем плотным бинтом. – Перестал, как видишь. Чудеса случаются.
– Я бы не надеялся, что они будут случаться часто. Но ты прав. Он успокоился, и меня это… радует… – Снова провёл пальцами по уже наложенной тугой повязке. – Это… ловушка? Где?
– Да в подвале, вот… двадцать минут назад. В глубине полки в доску воткнуты ржавые лезвия. С деревом сливаются, почти не видно.
– У меня идея перечня ловушек. – Джим отпустил его ладонь, но всё ещё не отводил от неё взгляда. – Как думаешь… стоит?
– Составить, что в какой комнате, и проинформировать население? – Арсений случайно наткнулся на его взгляд. Странный, даже… потемневший как будто. – Да, неплохая… идея.
Поблагодарил за перевязку, под всё тем же странным взглядом дока поднялся, закинул на плечо ремень проходильной сумки.
– Пойду, надо ещё Джека перехватить.
Джим кивнул.
– Да, конечно. Не забывай ухаживать за раной.
Подпольщика в подвале не оказалось – небывалое дело. В этот поздний час он обнаружился на тёмной кухне, при свете фонарика жевал бутерброд собственного шедеврального исполнения – криво отрезанный кусок хлеба с колбасой.
– Ну?.. – спросил недовольно, стоило Арсению прикрыть дверь.
– Ну – что? – он включил свой фонарик и полез в холодильник. Как ни крути, есть хотелось.
– Чего ты там застрял?
– Джим мне перевязку делал.
– Да ты…
– «Да я» не согласен из-за твоих закидонов истекать кровью.
– Не истёк бы, неженка. – Джек кинул на него сердитый взгляд исподлобья.
– А вдруг, – Арсений весомо водрузил на стол бутылку кетчупа, колбасу, хлеб и банку с маринованными огурцами. – И вообще… скажи мне одну вещь: чего ты сегодняшней вылазкой добился-то?
– Брат не работает на Кукловода, и это уже точно. Зато опять со своей психиатрией… Даже сердиться на него теперь не получится. – Джек машинально разломил остаток своего бутерброда пополам, кинул одну половину под стол.
Темнота под столом довольно заурчала и зачавкала.
Но стоило сунуть туда фонарик, как Кот, сверкая глазищами, мгновенно схватил колбасу с пола и убежал с ней в угол.
– Молодец, пять с плюсом, – Арсений оставил в покое Кота и плюхнулся на стул напротив лидера, принявшись делать бутерброды, – а ты после б посмотрел на беднягу. Он сам не свой. Я вообще думал, что… того, на почве горя немного… – помахал неопределённо у головы, – напугал меня до чертей…
Джек вытаращился на него, забыв о недоеденной колбасе.
– Ты… не врёшь?
– А чего мне врать?
Куски хлеба покрылись плотным слоем кетчупа. Сверху на каждый была шмякнута половинка маринованного корнишона. Арсений примерился к колбасе.
– В чём хоть проявлялось-то?
– Ну, разговаривал странно, интонации такие… Переживает из-за тебя. Боится, что ты глупостей натворишь… Бутер будешь?
Джек скривился при виде того, как он поливает огурцы и колбасу ещё одним слоем кетчупа.
– Спасибо, не надо.
– Ну, мне больше достанется, – Арсений откусил получившуюся конструкцию. Кетчуп, как и следовало ожидать, полез во все стороны.
– Извращенец.
– Какие мы впечатлительные.
– Блин, Эрсей, нормально скажи, что там с моим братом?!
Арсений со вздохом отложил кулинарный шедевр, подвинул на столе свой фонарик к фонарику Джека. Теперь оба лежали рядом и светили в стенку, чуть выше уровня мойки. Фонарик подпольщика слегка мигал: садилась батарейка.
– А то, – сказал проникновенно, наклоняясь над столом, – что мы с тобой, дорогой товарищ, полные… – попытка подобрать нужное слово закончилась досадливым отмахом руки, – и не надо тут мне разводить на тему того, что Джим тебя в дом заманил, о’кей? Потому что всё это уже давным-давно фигня. Сегодня ты на брата наставил пистолет, а я тебе помогал. И походу, мы довели единственного адекватного человека в этом особняке если не до нервного срыва, то до разочарования – точно. И мне сейчас просто паршиво.
Джек схватил с тарелки бутерброд и мрачно откусил сразу половину. Кетчуп его как-то резко перестал смущать.
Вернулся из угла Кот, принялся бодать их ноги под столом и мурлыкать, выпрашивая добавки.
– Пошёл отсюда, – убито не приказал даже, просто констатировал подпольщик, выпихивая животное кедом из-под стола.
Его фонарик несколько раз мигнул и погас. Теперь светил только тот, который лежал ближе к Арсению.
Джек взял его, щёлкнул регулятором, переводя режим яркости в эконом.
– В последней поставке не было батареек, теперь пойми когда… Короче, без лишней надобности не включай.
– Угу, понял.
– Там ещё осталось?
Арсений молча подвинул к нему тарелку. Он-то понимал, что у подпольщика на душе сейчас кошки скребут.
– Закрыли тему. Новость хочешь? – Джек выдавил сверху на колбасу едва ли не полбутылки кетчупа. – Закери выследил кота.
– Да ну?..
– Да я тоже в шоке был. Задание-то было, чтоб он руки не резал и по комнатам не шатался. А он умудрился увидеть, как наш обожаемый маньяк выпускал кота на улицу. Через дверь напротив моей комнаты.
Комната… – Арсений слегка нахмурился. – Коридор, кот… Внутренний двор!
– А на следующий день, ну… – подпольщик на секунду поднёс наручные часы к фонарику, – получается, уже час как вчера… с игрушек на картинах начали попадаться странные паззлы. Вроде плана дома.
– Кукловод молчит?
– Молчит, сволочь. Правда, слух прошёл, что если эти куски собрать, дверь откроется. Как с замками на входной. Зак собрал пятнадцать штук, пальцы поперерезал, потом сачки закончились.
– Это значит, – Арсений, упершись ладонями в край стола, откинулся на стуле; стул теперь опасно балансировал на двух ножках, – завтра я по всему дому ищу сачки.
– Какой догадливый, – в его сторону ткнули остатком бутерброда.
– Не завидуй, это я от природы такой.
– Да хоть откуда. Поможешь Заку, а то он в комнатах все ловушки соберёт.
– И руки поизрежет, – Арсений кивнул. Сквозь мерзкое настроение начало пробиваться воодушевление. Впервые за столько дней хоть что-то наклёвывается. – Ладно, инвентарь с меня.
Сквозь полумрак комнаты он поймал прищуренный взгляд Джека. Кажется, подпольщик тоже рад. По крайней мере, вид уже не такой унылый.
====== 27 октября ======
Джиму очень не хотелось открывать глаза. Внутренние часы вовсю вопили, что пора, дескать, рабочий день начинается.
Сквозь тонкую кожу век уже пробивался свет, приглушённый – светать начинало всё позднее. Сонная тишина дома, окутывающая особняк ночью, медленно рассасывалась: за дверью слышались приближающиеся и удаляющиеся шаги и утренние приветствия встречающихся в коридоре обитателей.
Не хочу вставать
Вчера он с трудом удержался, чтобы не потянуться к губам Арсеня. Старался не смотреть, не поедать глазами подпольщика, не касаться – после того, как сделал перевязку – хотя и хотелось. Мысль о том, как отреагировал бы Арсень, вызывала странное горько-смешливое чувство внутри.
Подумать только – на время перевязки, и после, пока провожал Арсеня до двери взглядом, он даже забыл о Джеке. Не мог выкинуть из головы, прокручивал произошедшее в подвале, и, стоило оказаться наедине с Арсенем, как отшибло.