Вроде бы ничего особенного и не произошло. Короткая встреча с ребятами — и он повеселел.
Конечно же, Лена не может не вернуться.
В БЕГАХ
Наконец-то она избавилась от своего рюкзака, все время напоминавшего тюремную камеру, заменив его изящным чемоданчиком, правда, на это ушло десять рублей, и если к ним добавить еще стоимость билета, то выходило, что она потратила почти третью часть получки. Лена вспомнила об этом, уже сидя в вагоне, когда другие заботы отступили на задний план; пока она в поезде, не так боязно, что задержат. Хотя все еще может случиться: Лене казалось, что кто-то следит за ней. Она обратила на это внимание в тот день, когда была в прокуратуре. Незнакомый мужчина в зеленой шляпе отделился от группы людей, ожидающих трамвай, и пошел по другой стороне улицы.
Тогда она лишь случайно глянула на незнакомца и, наверное, забыла бы о нем, если бы он снова не попался ей на глаза в магазине, а затем — на вокзале. Он стал за ней в очередь в кассу и тоже купил куда-то, куда именно, она не расслышала, билет. Вполне возможно, что человек в зеленой шляпе не ведает о ней ни сном ни духом, и ее подозрения — плод собственной фантазии… Так оно, видимо, и есть, иначе ее уже успели бы арестовать, пока она слонялась по вокзалу, ожидая посадки в поезд, да и сейчас это не поздно сделать.
До отправления оставались считанные минуты, но вагон будто прирос к рельсам, и никакая сила не в состоянии сдвинуть его с места. Но вот он мягко дернулся, на мгновение замер, словно раздумывая, в какую сторону ему надо. И сердце Лены тоже замерло: вдруг на этом все и кончится и опять потянутся минуты, полные тоскливого ожидания.
Поглощенная своей тревогой, она и не заметила, как мимо окна проплыли белое здание вокзала и люди, машущие руками. Поезд все убыстрял ход, и Лена опять вернулась к мысли о деньгах, которых у нее оставалось совсем немного. «Ладно, как-нибудь перебьюсь, — успокаивала она себя. — А потом будет видно». Что именно будет потом, когда кончатся деньги, она не представляла, ей не хотелось думать об этом. И она стала смотреть в окно.
Небо и земля были хмурыми, тяжелыми. На их фоне резко мелькали белые столбы электропередачи. «Летят, как последние деньки моей свободы», — подумала Лена.
Потом устало приклонилась к прохладной перегородке и, закрыв глаза, с удовольствием ощутила плавное покачивание вагона, размеренный и глухой стук колес. «Все — в — порядке, все — в — порядке», — отрывисто твердили они. Далее не верится, что еще совсем недавно она мучилась от безысходности. А как было бы просто: сесть в купейный вагон, откинуться вот так к перегородке и закрыть глаза…
За дверью послышался какой-то шум, и она с грохотом отодвинулась. «За мной», — как-то безразлично подумала Лена, открывая глаза. В купе в сопровождении проводника вошел крупный мужчина с красным лицом и лысиной на голове. Он внимательно глянул на Лену и неожиданно произнес:
— Разрешите, прекраснейшая…
Лене стало весело: ее попутчик ничуть не походил на «Зеленую шляпу». Она приветливо кивнула головой
Выражение лица его было кроткое, выпуклые голубые глаза излучали доброту. «Чего ради ссориться, — подумала она, — он всего-навсего пассажир, такой же, как и я».
Григорий Борисович — так звали пассажира — оказался веселым и остроумным попутчиком. Он весь был начинен анекдотами и рассказывал их мастерски, по любому поводу Лена звонко смеялась, показывая свои ровные, сверкающие белизной зубы.
Его предложение вместе поужинать приняла без возражений. В вагоне-ресторане они заняли отдельный столик. Когда подошла официантка, Григорий Борисович взял бутылку минеральной воды, стал читать вслух:
— Калий, магний, железо, хлор… — и, возвращая бутылку официантке, торопливо произнес: — Заберите, заберите!
— Свежая, только что получили, — сказала официантка.
— Ерша не пью, — расплылся он в улыбке.
— Очередной анекдот, — заметила Лена смеясь.
— А вы знаете, что такое ерш? — обратился Григорий Борисович к официантке. — Жидкая рыба. Вот вы нам и принесите этой самой рыбы: бутылочку коньячку и шампанского.
Он придирчиво и долго перечитывал меню, выбирая самое лучшее. Когда официантка ушла, Лена сказала:
— По-моему, вы перестарались, заказывая обед: слишком уж много всего.
— Ради вас старался, прекраснейшая…
— Это совсем зря.
— Как знать…
— Что вы имеете в виду?
— Надеюсь, мы станем добрыми друзьями.