— Спасибо, Лешенька.
На стеклянных дверцах книжного шкафа хозяйничали солнечные зайчики — пора вставать. Но Алексей Алексеевич никак не мог окончательно побороть дремоту: глаза его закрывались сами собой. И вдруг он вспомнил: «В доме Лена!»
Не раздумывал ни секунды, он подхватился с кровати — сон отлетел мгновенно.
«Спит еще», — радостно подумал Алексей Алексеевич и осторожно, на цыпочках, вышел в коридор. Дверь в комнату матери была приоткрыта, и он сразу увидел аккуратно прибранную кровать. «Где же Лена?» — он вбежал в комнату — никого, даже вещей девушки не было… Бросился на кухню, заглянул в ванную, зачем-то открыл кладовку… Лена ушла.
Алексей Алексеевич беспомощно огляделся по сторонам, а сердце его заныло — в квартиру вошло одиночество, неведомое ему раньше.
Он вернулся к себе в комнату и стал поспешно одеваться. «Надо сейчас же найти ее», — решил он. И ненароком взглянув в окно, чуть не задохнулся от радости: на скамейке под акацией сидела Лена. Рюкзак лежал рядом, а она, опустив голову, о чем-то задумалась. Алексей Алексеевич кинулся во двор.
— Лена, Леночка! — кричал он на бегу. — Куда ты пропала?
Она подняла голову:
— Алексей Алексеевич…
— Почему ты ушла?
Лена только мельком взглянула на него грустными глазами и, отводя взгляд в сторону, тихо проговорила:
— Мне стыдно… И я решила уйти. Но не могу… Я вам рассказала не все…
«Неужели что-нибудь связанное с Шумным?» — тревожно подумал Алексей Алексеевич.
— В чем дело? Ты можешь мне объяснить?
— Потом… Как-нибудь после, — Лена вдруг недоверчиво посмотрела на него и встала. — Ну, я пойду, — сказала она другим, равнодушным голосом.
— А как же с заводом? — спросил Алексей Алексеевич, напомнив вчерашний разговор.
— Хочу на завод, — сказала Лена и с надеждой посмотрела в глаза адвокату. — Очень хочу…
НА ЗАВОДЕ
Под стеклянными сводами цеха стоял приглушенный грохот. Лена задержалась в проеме двери, чтобы осмотреться и вжиться в непривычную обстановку. Выждав несколько минут, она завернула в сторону лестницы, но ее остановил окрик:
— Поберегись!
Лена отскочила в сторону, и мимо нее проехал автокар, которым управляла девушка в красной косынке. «Вот бы и мне так», — подумала Лена.
— А, новенькая, — раздалось сзади.
Лена обернулась и увидела начальника цеха, который накануне принимал ее с Алексеем Алексеевичем на «верхотуре» — в своем кабинете под самой крышей.
— Уже оформилась? — спросил он, отходя от конвейера.
— Да, Матвей Сергеевич.
— Значит, можно и за дело браться?
— Непременно.
— Тогда идем.
Он повел ее серединой цеха, между внушительными квадратными опорами, удерживавшими крышу. Они подошли к худощавой девушке в очках и брезентовой спецовке.
— Принимай, Наташа, новенькую. Вчера я тебе о ней говорил, — и добавил, обращаясь к Лене: — Товарищ Скворцова — сменный мастер.
— Хорошо, — сказала Наташа Скворцова, сильно «окая». — Пойдем к бригадиру, — и сразу же двинулась на другую половину цеха.
Лена пошла следом.
— В конторе бы где-нибудь вам сидеть, — бросила она Лене, приостанавливаясь. — А у нас дело рабочее.
Лена не стала спорить со сменным мастером.
Бригадир в коричневой спецовке с прожженными полами отчитывал рыжеватого паренька:
— Еще раз повторится, переведем в уборщики…
— Да нет же, нет.
— Ну, иди.
— К тебе в бригаду, Игорь, ученица, — сказала мастер. — На прихвате будет…
— Добро, — сразу же согласился Игорь и, обращаясь к Лене, сказал: — Вам, барышня, спецовочку надо получить. Иначе ваша голубая блузочка станет черной… И потом на голову косынку… Искры у нас тут сыпятся, — глянул бригадир в сторону, где над железными столиками склонились газосварщики, — Кроме того, парней в цехе много, а им работать надо… — сказал он, протягивая Лене широкую твердую руку. — Газосварщики у нас со стажем!..
Лена пожала протянутую руку и, помолчав, добавила:
— У меня никакого стажа…
— Не беда, — сказал Игорь. — Идите в кладовую, получите очки, спецовку, подгоните ее по росту, — вот вам задание на сегодня. А завтра — начнем счет стажу.
Новенькая… Это пугало и льстило. Ей было непривычно и боязно от сознания, что она ничего не знает и не умеет. Но и приятно, что все внимательны к ней, а она беззаботно стоит себе, откинув назад голову, повязанную ярко-красной косынкой, шурша зеленоватым неподатливым брезентом. На любой ее вопрос ребята отвечают наперебой и с удовольствием.