— Позовите Алексея Алексеевича, — коротко произнесла она, не открывая глаз.
Лучистые морщины вокруг глаз хирурга озадаченно насупились, но он сказал:
— Мы позовем его, только ты, Лена, будь умницей.
— Буду.
Алексея Алексеевича разыскали по телефону.
— Сейчас приеду, — сказал адвокат в ответ.
В последний раз он видел Лену здоровой и бодрой, а тут перед ним была умирающая с отрешенным лицом, которая заботилась лишь об одном, чтобы он подготовил к неизбежному ее тетку — Варвару Ивановну.
— Поедем домой, — решительно предложил Алексей Алексеевич и попытался взять ее за руку, но Лена спрятала руку под одеяло.
Алексей Алексеевич горячо убеждал ее, но она будто не слышала его и не проронила ни одного слова.
В кабинете хирурга адвокат, такой смирный и послушный раньше, вдруг взорвался.
— Вы сделали ее затворницей, Петр Петрович, — потрясал он руками. — Она у вас зачахла, и я немедленно, слышите, немедленно увожу ее домой…
Петр Петрович был так удивлен перемене, происшедшей с Алексеем Алексеевичем, что даже не пытался ему возражать.
— Разве вы не видите, что она сдается без борьбы, что для нее смерть — избавление от всех страданий… Вы лечите тело, доктор, а вот о душе забыли совершенно и оградили больную от внешнего мира, где жизнь бьет ключом… Поэтому и не пытайтесь возражать, я забираю ее домой…
— Она не транспортабельна, — наконец возразил Петр Петрович. — Ей перевязки нужно делать.
— Дома сделаем! Еще лучше, чем здесь!
— Алексей Алексеевич, будьте благоразумны, успокойтесь… И поймите, что ваши предложения невыполнимы.
— Значит, все оставить так, как есть?
— Сегодня созовем консилиум…
— А я созову ребят, сюда придет весь завод.
— Целый завод, пожалуй, многовато, — улыбнулся Петр Петрович. — Но тем, с которыми она работала, кроме, конечно, бригадира Гаева, можно будет изредка приходить.
Лена, естественно, ничего не знала о состоявшемся разговоре. Но ее все-таки удивило появление в палате ребят из цеха. Первым навестил Игорь Вильчицкий. Он принес ранние весенние цветы подснежники, передал привет от сварщиков, пожелал больной быстрой поправки. Лена все слышала, отлично поняла, но глаз так и не открыла. Потом пришел Володя, грустный, подавленный, совершенно на себя не похожий. Он сидел тихо и лишь сморкался в платок. «Почему он такой? — думала Лена. — Куда девалась его веселость?»
— Расскажи мне что-нибудь, Володенька, — неожиданно попросила она.
Он вздрогнул, приподнял голову и, всхлипнув, выпалил:
— Наташа Скворцова замуж вышла.
— Да ну?
— Ходит добрая, радостная. Совсем такая, как предсказывал Матвей Сергеевич. «Выйдет Наташа замуж, — говорил он, — и мы ее не узнаем». И точно — не узнаем…
— За кого же вышла?
— В производственном отделе есть техник Черных Вася… Знаешь его?
— Не знаю.
— Так вот за него вышла.
— Передай Наташе, что я желаю ей счастья.
— Сама ей скажешь. Она собирается к тебе с мужем.
— Не может быть.
— Да! — хлопнул себя по лбу Володя. — Дядю Гришу знаешь? Ну, того старика, что на опрессовке?
— Знаю. Он мне о Насте рассказывал. Что с ним?
— «Москвич» выиграл по лотерейному билету. Говорит, ему этот билет чуть ли не насильно дали вместо сдачи в магазине. Хотел жаловаться на продавщицу. А выходит — «Москвич».
— Зачем он ему?
— Как зачем? Говорит, что старуху на рыбалку повезет…
В палате дружно рассмеялись, и Лена, поддавшись общему настроению, улыбнулась. В эти короткие мгновения общего веселья она вдруг почувствовала, что жизнь, несмотря ни на что, продолжается… И, словно испугавшись своих мыслей, поджала губы и закрыла глаза.
ГДЕ ПРАВДА?
В приемной миловидная девушка вежливо сказала: — Прокурор занят в выездной сессии областного суда.
— Но мне его необходимо видеть, — настойчиво повторил свою просьбу Аркадий, — и притом очень срочно, по весьма важному делу.
— Можете зайти к заместителю, он будет через полчаса, — посоветовала секретарь.
— Спасибо, — поблагодарил Аркадий, — но мне нужен Андреев…
На улице он задумался: «Куда же теперь?» Ясно было, что тянуть дальше нельзя: в тюрьме невинный человек, а преступник на свободе… «Где-то здесь живет Алексей Алексеевич, — вспомнил Аркадий, — Что, если пойти к нему», — и он быстро, почти бегом направился к телефонной будке.