Глава 32. Рамазан.
- Вставай, больницу затопишь своей кровью. – кто то пытался взять меня за локоть и поднять. Глав. Врач.. Я сразу очнулся.
- Где Ами?!
- Спит она, родила здоровую девочку и …
- Почему она спит?! Пусти меня к ней! – увернувшись сам наступил на врача.
- После наркоза спит, прошло всё хорошо, проснётся через сутки. Конечно тяжелые были роды, ей ещё восстанавливать придётся долго. Пришлось резать… – провёл своей рукой по лицу врач.
- Я к ней.
- Стой ты! Тебе тут не твои платные клиники, захотел вышел, захотел зашёл! Идём залатаем рану, потом к дочери пойдёшь, кормить её надо.
- Чё? Как кормить? Я не отойду от своей жены пока она не откроет глаза.
- У тебя совсем всё поехало? Крохотная валяется 52 сантиметра, думаешь няньки за ней хорошо будут смотреть пока она проснётся?! Быстро иди за мной!
Хрен знает почему, но старика хотелось слушаться. Ещё раз посмотрел на дверь и пытался сделать шаг, получалось плохо, но я никогда не падал духом и не из такого выходили.
- Кто же так шьёт то? – бурча себе под нос снял швы и начал шить обратно. – Девочка у тебя красавица родилась, вся в маму.
Как всегда, укол ревности кольнул по груди, но я сразу закрыл рот. Почему вообще женщины не принимают роды? Выполнив все процедуры, я твёрдо встал на ноги.
- Держи, её вещи. Я против всего этого, куда деваться. Впускаю, если мать не в состоянии быть с ребёнком и кормить. Идём. – я взял на руки пакет, который не протягивали и пошёл за медсестрой, которая ждала меня у дверей.
Коридор оказался длинным, отчего объект рядом начал меня раздражать.
- Ой, а вы что, поранились?
- Ага.
- Вам бы наверное, халат выделить, нельзя так ходить… голым… - смущенно провела по мне взглядом и уставилась на мой торс.
- Наверное. –улыбнулся ей и скрылся за дверью. Стоп, какая моя? Четыре кроватки, не похожие на кроватки стояли по рядам в углу, в каждой их них надрывались малыши плача от истерики.
- Ваша вторая. – снова мило улыбнулась откуда-то появившаяся медсестра.
Сглотнув ком в горле, я приблизился. Невольно широко улыбнулся и потянулся руками к ней, да это же копия Ами. Заметив меня, она широко вылупила глаза и смешно провела языком по губам. Моя… дочь… Осмотрев её с ног до головы, не без помощи мед сестры взял на руки и пошёл в выделенную мне маленькую палату. А потом начался кошмар. Какие-то соски, пелёнки, распа … что-то там ещё. Подгузники. Честно, рядом с дочерью я забылся и про время и про ту, с кем я должен быть сейчас.
- Вы пугаете её своей бородой. – снова замаячила рядом эта особа.
- Выйди отсюда. – тихо попросил её боясь взорваться, пуговицы на её больничном халате без стыда раскрылись до лифа.
- Что?
- Выйди!
Её словно и не было.
- Вот так вот…- кивнул я дочке, которая смотрела на меня с интересом и засыпала каждые пол часа на минут пять…
Ещё раз продолбив дверь, меня всё равно не пустили. Сжав зубы каждый раз уходил обратно в палату. Ночь наступила быстро, неужели до сих пор не проснулась, а если не проснётся? Когда малышка всё таки крепко уснула, я снова пошёл к ней. Долбанную дверь хотелось вынести и накинуться на неё, но я не хотел беспокоить. Обратно зашёл в комнату и обнаружил пакет. Внутри вещи для малыша. Для мальчиков и для девочек. Не забыли про меня, ещё и еду положили по коробкам. «Марк» гласила записка сверху.
- Живучий сука. – улыбнулся и смял записку. – Ой. – с испугом уставился на дочь. Спит. Теперь уже пора фильтровать то, что говоришь. Разобрал вещи и увидел ещё один пакет в углу, вещи Ами. Распахнул пакет. Платье, кофта, салфетки? Вытряхнув всё оттуда кинул вещи в дорожную сумку, чтобы не забыть, когда она проснётся и мы пойдём домой. При полёте с кофты что-то упало на пол, ещё раз аккуратно сложив кофту нагнулся за листом. Развернул сложившийся клубок бумаги и пытался вчитаться без света.
«Рамазан.» -она что, мне записку оставила? Сердце пропустило удары и пошёл к окну, там свет фонаря.
«Помнишь, что врач сказал? Роды могут начаться в любое время. Утром я проснулась с острой болью. Сейчас самые больные и решающие моменты в моей жизни. Если бы ты знал, как я хочу, чтобы ты сейчас был рядом. Несмотря на всю злость и обиду последние минуты я бы хотела провести рядом с тобой… Я никогда не чувствовала себя такой одинокой, как в данный момент. Мне стало ещё больнее без тебя. Ты не допустишь такую боль одиночества с нашей дочерью, да? Не оставляй её одну». Ладонью провёл по лицу и вытер слёзы. С силой сжал листок и обернулся к дочери.