- Нет. Я же сказала, у меня проблемы.
- И учеба не важнее.
- Нет. Не важнее, - ответила Эмма так, как считала нужным, и не обратила никакого внимания на его недовольное выражение лица. Эмма уже привыкла к тому, что Селифан чрезвычайно серьёзно относится к вопросу образования, не терпит пренебрежения учёбой. И ей это очень не нравилось в нём.
- Что за тайны от меня? Я думал, что раз уж мы с тобой теперь так общаемся, ты больше будешь доверять мне.
Недовольство Селифана было настолько очевидным, что Эмме даже не пришлось предполагать, что она могла чем-то обидеть его. Она знала, чего он хочет... решила возобновить их прошлый разговор:
- Ты не ответил мне.
- Я же сказал, что люблю тебя. А как дальше всё у нас будет развиваться, зависит только от тебя.
- Я поняла, - сказала Эмма, слегка поморщив брови. Она, казалось, о чём-то задумалась в эту секунду. Но Селифан не мог понять, о чем? Что бы она ни делала, он не видел смысл в её поступках, что бы не говорила - относился с подозрением к её словам и очень часто даже считал их глупыми и лишёнными смысла. Селифан склонен был смотреть на неё, как на ребёнка.
Селифан не знал, что говорить дальше. Он даже спрашивать не хотел, что же она поняла? "Это ведь мелочи, - думал он где-то в глубине души, - её глупые, детские игры непонятно для чего нужные". И этими мыслями Селифан воздерживал себя от ненужных расспросов. Он хотел лишь слушать Эмму, подольше слышать её голос.
- Тогда приходи восемнадцатого февраля.
Селифан был удивлён слышать такое, и он не смог не спросить:
- Куда я должен прийти и зачем?
- Ко мне домой. В этот день я одна буду. Мачеха к матери на несколько дней уезжает, отец - его уже неделю нету...
- Не так быстро. Объясни всё по порядку, - поток большой информации заставил Селифана внимательно сконцентрироваться на ней и на всём том, что она сейчас говорит. Он только-только по-настоящему начинал слушать её. Интересоваться её словами. Обращать на них внимание. Селифан вдруг понял, что совсем не знает Эмму, ему ничего не известно даже о её семье... Ему как-то стыдно стало, что он никогда не интересовался её жизнью. Не знал, что она с мачехой живёт, не знал, что же с её отцом и почему его не бывает неделями дома? Никаких предположений по этому поводу у него не возникало.
Селифан решил узнать обо всём, расспросить её о семье. Только сейчас он задумался о том, что, возможно, у неё в семье какие-то серьезные проблемы, поэтому, она, может, и ведёт себя не так, как все? Но он не склонен был оправдывать её постоянный пропуск занятий. Просто понять хотел...
Эмма вынула из кармана какой-то маленький свёрток бумаги и протянула ему. Селифан не стал спрашивать что это, а молча взял её. Она всё объяснила сама:
- Это адрес моего дома. Ты придёшь?
- Заранее написала? - спросил он.
- Да.
Эмма хмуро посмотрела на салфетницу перед собой. Казалось, ей не понравилось то, что он ушёл от прямого ответа на её вопрос. Эмму ведь ответ его больше всего интересовал, всё остальное - нет.
- Что ты задумала? ― спросил Селифан.
- Приходи, поймешь, - сказала она, делая значительные паузы между словами, - ...раз уж от меня всё зависит.
- Ты на что сейчас клонишь? - недовольно спросил он. Селифану не нравилось, когда она говорит загадкой. Ему сложно было отвечать что-либо в такие минуты. Он не мог воспринимать её слова, как речь взрослого человека, который осознанно создаёт путаницу и непонимание, лукаво играет... Селифан не мог понять, когда она хитрит и кокетничает, а когда сама путается в своих же сетях обмана и неудачных намеках на что-либо. Последнее, он был уверен, наблюдается чаще всего.
- Ну, ты сможешь прийти? - настаивала она ответить.
- Смогу. Но нужно ли?
- Нужно.
- Ты не ответила, зачем?
- Поговорим.
- Можно и здесь.
- Слушай, Селифан, хватит притворяться, что ничего не понимаешь. Сам сказал, что всё от меня зависит. Так что же теперь? Избегать меня будешь?
- Я не имел в виду, что ты должна... Ты не так меня поняла, - попытался Селифан оправдаться. Ему неприятно было слушать её нападки. Он не ожидал, что она заговорит с ним так.
- Расскажи лучше о себе что-нибудь, - велел он, стараясь как-то перейти на более спокойный тон общения.
- Что ты знать хочешь?
- Ты об отце что-то начала говорить. Я понял, что ничего не знаю о твоей семье.
- А чего там знать? Семья никакая. Думаешь, на заработках мой отец? Да черта-с два! Пьёт. Уже два года не вылезает с бокала. А мачеха - не будет её скоро! Не хочет, знаешь ли, жить с наркоманами. Так мне и сказала. Так что будь спокоен - буду одна.
Эмма тут же встала и ушла, даже не предупредив его об этом. Но Селифан не тал её задерживать: то, что она рассказала ему, и так быстро, настолько впечатлило его, что он решил подумать. Он остался наедине с самим собой, разбираясь в своей куче непонятных и странных чувств. Селифан и вообразить не мог себе, что в семье у них всё так... Он решил, что ему непременно следует расспросить её обо всём поподробнее.
Глава 15. Берн, встреча Селифана с Эммой
Так случилось, что семнадцатого февраля Селифан навестил Берна. Он не собирался к нему, но тот зачем-то пригласил и настаивал даже прийти. Селифан в значительной степени был удивлён. Но идти не хотел. Селифан подозревал, что Берн, вероятно, опять о своём начнёт... опять предложит какое-либо сомнительное совместное предприятие.
Селифан по-прежнему избегал всякого рода авантюры и даже намёков на них. А Берн ни к чему хорошему не сможет подтолкнуть его. Он просто знал это. И всё. А дружба эта их... Селифан вообще не был уверен, что она есть. Каждый раз, когда он бывал у Берна, в его шикарно обставленных, просторных комнатах, и возвращался к себе - чувствовал невыносимую грусть. Жизнь его начинала казаться лишённой чего-то, но сам он не понимал, чего? И это тяготило. Селифан впадал в раздумья. "И не оттого, что он богат" - говорил сам себе Селифан. Он то был уверен, что дело совсем в другом. Впрочем, это всё странные капризы его души, непонимание самого себя. Селифан всё чаще и чаще стал размышлять о себе самом, вот его и мучили всякие сомнения. В глубине души он понимал, что если продолжит жить так, как живёт - ещё больше погрязнет в долгах. А Селифан не хотел этого. Он устал.