Однажды, когда я пришел к нему по какому-то делу, он затеял разговор о вреде употребления свинины и влиянии ее на характер и образ мышления людей. То, что свиное мясо быстро портится, говорил он, поглаживая черную бороду, известно давно. Наши предки, совершавшие завоевательные походы, поэтому от него отказались. Но главный вред от этого мяса не в том. Свинья ест все подряд, даже мертвечину и разную там гадость. И все зловредное, всю гадость, которую она поедает, свинья через свое мясо передает человеку. Доказано: тот, кто ест свинину, как правило, имеет массу пороков и моральных недостатков — он упрям, зол и подл.
Я сказал ему, что он неправ. Он задумался на некоторое время, потом неожиданно заявил:
— Ваши люди пьют водку, а она, как лекарство, уничтожает в этом мясе молекулы, передающие людям свинские черты характера.
Спустя месяц после этого разговора, в первые дни Нового года, я пригласил его в гости. Жена накрыла на стол. Долго колебались, поставить ли бутылку охлажденной «Столичной». Как-никак Новый год. Поставили.
Гость оживился.
— Водку, в общем-то, мусульманам пить можно, — успокоил он нас. — В Лондоне мне приходилось пить. Она же производится из зерна. Коран же, как известно, запрещает правоверным употреблять все то, что произведено из виноградной лозы. Поэтому не расстраивайтесь.
Мы не стали расстраиваться. Хотелось по-русски хлебосольно принять хорошего человека. Жена достала из холодильника кусок бело-розового свиного сала и, нарезав ломтиками, подала на стол.
— Это что за закуска?
— Свиное сало.
— Свиное сало? Не может быть! Это же английский маргарин, и, помнится, в Лондоне, я ел его с хлебом. Положите, пожалуйста, кусочек.
Наш гость помазал свинину горчицей и начал медленно жевать, одобрительно покачивая головой.
— Нет, это не свинина! Но и не маргарин. Что-то более прекрасное! — заявил он.
Он до конца осушил рюмку, крякнул от удовольствия и потянулся за новым кусочком сала.
На огонек забежали двое знакомых пакистанских журналистов. Попробовали сала, тоже подтвердив, что это вовсе не маргарин и тем более не свиное сало.
— Это необыкновенная рыба!
В два часа ночи гости стали прощаться.
— Только жене моей ничего не говорите, — заговорщически попросил чиновник.
Бурные дни Пакистана
К власти приходит А. М. Яхья-хан. Подготовка к выборам. Такое не забывается. Конференция пакистанских трудящихся. В краю свободолюбивых пуштунов. Покушение в Карачинском аэропорту. Тайфун. Друзья познаются в беде. Джутовое предприятие Адамджи. Ленинские дни в Пакистане. Итоги всеобщих выборов. Военщина принимает контрмеры
Волна антиайюбовскнх выступлений, поднявшаяся осенью 1968 г., в дни празднования десятой годовщины со времени прихода к власти М. Айюб-хана, охватила всю страну. Забастовки, демонстрации, митинги и в Западной провинции, и на Востоке заканчивались столкновениями с полицией. Первые полосы газет, публиковавшие информацию с места событий, напоминали военные сводки.
Напряжение нагнеталось. Однако армия по-прежнему держалась в стороне от событий. Но 25 марта 1969 г., во второй половине дня, над Карачи, Лахором, Даккой, Читтагонгом и другими крупными городами появились боевые самолеты и вертолеты. На улицы городов выступили танки и моторизованные части. Они блокировали аэропорты, мосты, вокзалы, радиостанции, банки, иностранные представительства и начали разгонять антиправительственные демонстрации и митинги.
Вскоре по радио выступил Айюб-хан. Слабым, нетвердым голосом — он еще не успел оправиться после перенесенного инсульта — глава государства заявил, что он передает всю полноту власти главнокомандующему вооруженными силами Пакистана генералу А. М. Яхья-хану. В стране вновь введено военное положение, запрещены митинги и демонстрации.
Спустя некоторое время последовало программное заявление генерала Яхья-хана, взявшего на себя обязанности президента. Он заявил, что новые власти намерены повести борьбу со взяточничеством и казнокрадством, стабилизировать политическую и экономическую жизнь, реорганизовать административное деление Западной провинции, руководствуясь лингвистическим признаком, в 1970 г. провести прямые всеобщие выборы в законодательные органы страны.
Пакистан вступил в новый этап развития. Оппозиционные режиму силы, в первую очередь такие организации, как «Авами лиг», Партия пакистанского народа и Национальная народная партия, не строили больших иллюзий в отношении намерений военных кругов осуществить в стране какие-то перемены. Они понимали, что обещания Яхья-хана продиктованы исключительно обстановкой, сложившейся в стране, народ которой устал от произвола и бесправия.