У подъезда появилось с десяток легковых автомашин. Носильщики стали выносить чемоданы. Вместе с делегацией З. А. Бхутто гостиницу стали покидать представители других политических партий Западного Пакистана. Над входом в гостиницу двое бенгальцев под равнодушными взглядами пакистанских солдат водрузили флаг «Авами лиг». Проходя мимо доски объявлений, я увидел отпечатанное на пишущей машинке сообщение: «По техническим причинам отменяются на сегодня и завтра все рейсы международных авиакомпаний».
В холле появились ребятишки — продавцы газет. Экстренный выпуск даккской «Пипл» извещал: Восточного Пакистана не существует! Да здравствует Бангладеш!
…Примерно в восьмом часу вечера приезжает личный секретарь Муджибур Рахмана и приглашает всех иностранных журналистов на пресс-конференцию к лидеру «Авами лиг». Особняк, в котором живет Муджибур Рахман, находится в центре аристократического района Дхаманди. Недалеко от дома большой пустырь, освещенный огнем разложенных костров. Студенты, вооруженные допотопными ружьями, тренируются, ползая по-пластунски, бросая учебные гранаты. Откуда-то доносится бравурная бенгальская мелодия.
Небольшой сад, в глубине которого разместился особняк, заполнен местными и иностранными журналистами, активистами «Авами лиг». Появляется Муджибур Рахман. Лицо встревоженное. Вот что он сказал нам в тот памятный вечер:
— Президент в одностороннем порядке прервал переговоры и покинул Дакку, чтобы вылететь в Карачи. Нам стало известно, что пакистанские подразделения по всей провинции, которую мы называем Бангладеш, начали с сегодняшнего утра занимать стратегические позиции. Дороги перерезаны, бенгальские полицейские заперты в казармах. Я обратился к населению с призывом сохранять спокойствие, не поддаваться на провокации, устраиваемые пакистанскими специальными службами и экстремистами. На завтра объявляется всеобщая забастовка. Я прошу журналистов объективно освещать события, не слушать разного рода сплетен и дезинформации, распускаемых властями.
Муджибур Рахмана спрашивают, верно ли, что члены Рабочего комитета «Авами лиг» покидают город.
— Да, — следует ответ. — Но я со своей семьей останусь в Дакке, что бы ни случилось.
Еще вопрос. Правда ли, что «Авами лиг» разработала план физической расправы над выходцами из Западного Пакистана и Индии?
— Какая чушь! Это все интриги служб Яхья-хана. Я вновь заявляю, что мы боремся против деспотии военного режима. Западнопакистанские крестьяне и рабочие, все угнетенные в Западной провинции — наши братья и союзники. Мы знаем, что созданные армией специальные группы пытаются натравить друг на друга различные группы. Там, где это возможно, мы стараемся пресекать действия хулиганов и экстремистов. Сообщите об этом в свои газеты.
Муджибур Рахман извиняется, говорит, что он должен нас покинуть. А у меня поручение редакции. Подхожу к нему и спрашиваю, когда он может дать интервью для «Правды». Немного подумав, Муджибур Рахман отвечает:
— Завтра, 26 марта, в девять часов утра, в этом доме. Если, конечно, позволит обстановка в городе.
В десять часов он соглашается принять репортеров из Италии и Франции.
Возвращаемся в гостиницу. Весь город пришел в движение. По улицам маршируют отряды студенческой молодежи, вооруженные бамбуковыми палками, ружьями и старинными кривыми саблями. Над головами пылают факелы. «Да здравствует Бангладеш!» — несется из репродукторов, установленных на крышах домов. С трудом добираюсь до гостиницы. Водитель мотоколяски отказывается брать деньги за проезд. Машет рукой: мол, не до этого. Солдаты, несшие охрану «Интерконтинентал», куда-то исчезли. Доступ в гостиницу свободный.
В холле творится что-то невобразимое. В разных углах идут импровизированные пресс-конференции. Выступают представители повстанческих молодежных отрядов. Все говорят об одном: о необходимости вооруженной борьбы против режима Яхья-хана. Одни соглашаются с тактикой «Авами лиг», другие ругают Муджибур Рахмана за осторожность и медлительность. Вспыхивает небольшая потасовка между представителями различных повстанческих отрядов. Но их быстро разнимают студенты с повязками на рукавах «Милиция Бангладеш».
На курительных столиках в фойе появляются листовки и прокламации «Авами лиг», объясняющие причины срыва переговоров. Население предупреждают, чтобы оно не поддавалось на провокации и сохраняло выдержку. Подчеркивается, что враг бенгальцев — военная деспотия, но ни в коем случае не население Западного Пакистана.