2.2
Несколько веков назад
На границе Лоусона на широкой ровной площадке устраивался бродячий цирк. С южного тракта, начиная с полудня, вползал в окрестности города караван фургонов. Часть из них была с полукруглыми тентами, другие крытые повозки – с крепкими деревянными стенками. И тканевые, и дощатые борта пестрели яркими рисунками (и надо сказать, весьма неплохими) из цирковой жизни: акробаты в трико, красноносые клоуны, лошади с султанами на головах, тигр в огненном кольце, фокусник, факиры со змеями, а на одном щите-стенке красовалась изюминка цирка – визиамские близнецы.
Прибывающие возки становились в привычном им порядке, цирковой люд, не теряя времени даром, начал устанавливать шатёр. То здесь, то там слышался зычный голос шапитмейстера, работа спорилась: вот стоят опоры, вот выстраиваются пятиуровневые ряды скамеек, вот распахнулся и натянулся красно-жёлтый тент, а на макушке задорно заиграл на ветру флажок с изображением тех же близняшек.
К вечеру в жилой части передвижного городка горели костры, пахло доброй едой, артисты и работники заслуженно отдыхали, обсуждая планы показов на завтра и ближайшую неделю. Тявкали собачки, выпрашивая кусочки повкуснее, иногда раздавался рык старого тигра, проснувшегося на какой-нибудь громкий звук, или ржание коней, в стороне что-то новое начали разучивать музыканты, поглядывая на разминающуюся акробатку и подстраиваясь под её движения – жизнь внутри труппы текла полноводной рекой, иногда лениво смешивая течения…
Наутро в город шествием отправились зазывалы – в клоунских костюмах и трико акробатов, с частью музыкантов, за ними побежали и цирковые детишки, их звонкие голоса разносились далеко по улицам и рынкам города. Цирк готовился к представлению.
*
Форос и Киран, высокий темноволосый молодой человек, неспешно двигались по рынку. Примарху должны были привезти очередной артефакт в его коллекцию, собственно, за ним он и направлялся, а Киран составил ему компанию в качестве эксперта. Маг, подающий надежды артефактор, мог заметить то, чего не увидел бы Змей: мелкие дефекты, тончайшие искажения плетений. Пара уже подходила к нужной лавке, когда из дверей навстречу им выскочил вихрастый парнишка:
– Цирк «Визиамские близнецы», только десять представлений, спешите видеть! – на одном дыхании выкрикнул он и умчался прочь.
Из дальнего от лавки конца торгового ряда, с середины рыночной площади доносились музыка и смех, на которые мужчины до появления мальчишки не обращали внимания.
– Визиамские близнецы? – задумчиво переспросил в никуда Форос. – Интересссно… Но сперва дело, – и на этом первым вошёл в лавку.
Заказ был в прекрасном состоянии, что придало настроению примарха слегка радужный окрас.
– Глянем, что там за цирк?
Киран лишь пожал плечами – думать он мог и на ходу, а изученный только что артефакт навёл его на одну презанятную мысль. А что если вот в том плетении… И покорно потянулся следом – всё лучше, чем возвращаться в Белое Гнездо, дышится здесь определённо легче, чем у вампиров, да и Форос оговорил с главой отлучку до полуночи.
На площади выяснилось, что никаких близнецов прямо тут нет, а петь и танцевать девушки, Герти и Берти, будут на вечернем представлении, вход – пара монет, на первый ряд десять, на выход – двадцать. Тут расспрашиваемый клоун театрально расхохотался и пояснил слегка ошеломлённым таким заявлением мужчинам, что по последнему пункту он пошутил, предложил непременно посмотреть сегодняшнее выступление, мол, труппа засиделась-застоялась в дороге, будет очень стараться, затем вернулся в круг актёров-зазывал.
Змей прикинул список дел на сегодняшний вечер и кивнул сам себе. Девчонки-близнецы у него были и не раз, а вот чтобы визиамские… Они наверняка стоили того, чтоб всё отменить. И потянул Кирана в таверну, провести пару часов до зрелища.
Визиамские близнецы звались так по месту рождения, Визиаму, одному из дальних уголков Визии. Почему-то именно там чаще всего удивлялись повитухи и новоявленные родители, отцы обычно до обморока. Возможно, имела место некая магическая аномалия, влиявшая на беременность, но точных данных на это счёт практически не было. А близнецы, сросшиеся различными частями тел, были. Правда, очень-очень редко рождались и ещё реже выживали. Не все новорожденные оказывались в принципе жизнеспособными, не все долгоживущими, не все матери выживали в родах, не все родители принимали в семью такое чудо, предпочитая уморить голодом или прикопать потомство, подаренное роком, по-тихому*.