— Мамочка… ну, то есть, моя жена, уже тридцать лет убеждена в том, что у нее больное сердце. Она думает так потому, что когда-то усиленно занималась спортом, а потом бросила его и здорово растолстела…
— Ей пришлось сейчас потрудиться, — перебил его Мюллер.
— Следующий! — послышался голос Мартина.
— Можно, я? — попросила Нонни. — Мне хочется поскорей очутиться наверху. К тому же, я, наверное, смогу ей чем-нибудь помочь. Ну, или, по крайней мере, немного успокою.
Нонни взлетела наверх в одну секунду, и сразу же послышался ее утешающий миссис Роузен шепот.
— С ней там все в порядке? — крикнула снизу Джейн Шелби.
— Да, дыхание понемногу восстанавливается, — доложила Нонни. — Я ей делаю легкий массаж. А в остальном она молодчина.
— Мисс Кинсэйл, — продолжал Мартин.
Старая дева мелкой рысью приблизилась к нужному месту и заранее подняла вверх руки, чтобы мужчинам было сподручней схватить ее.
Ее подкинули вверх, к Кемалю, как лесную фею. За мисс Кинсэйл один за другим наверх перебрались и остальные.
Теперь, когда поход продолжился, все будто забыли о том, что корабль может утонуть в любой момент. Грустные мысли оставили их: на них просто не было времени.
Джейн Шелби подошла к началу туннеля и крикнула:
— Робин! Робин, ты здесь?
Тут же Мюллер включил свой фонарь и оставил темный туннель гребного винта.
Но никто не отозвался. Вдалеке вновь застонали и затрещали изувеченные корабельные механизмы.
— Позвольте, я прежде сам взгляну, — заявил Мартин и прошел несколько ярдов по туннелю. Вернувшись, сообщил: — Теперь мне все понятно. Если мы пойдем по шахте гребного винта, то обязательно выйдем к обшивке корабля. Помните, стюарды говорили нам, что двойное дно идет не по всей длине судна, у кормы и у носа оно становится обычным. Значит, мы и пойдем в направлении кормы. Только будьте предельно осторожны и постоянно смотрите себе под ноги. Пол здесь ненадежный.
Они разделились на пары и двинулись вперед. Мартин шел впереди с мисс Кинсэйл, затем шли супруги Роузен, за ними Кемаль и Джейн, после — Шелби с дочерью, Мюллер и Нонни. Замыкал шествие, как всегда, Майк Рого.
У них оставались три большие переносные лампы. Мартин разрешил зажечь лишь одну, и ее луч освещал путь, указывая при этом пробоины и выступы на полу. Путешественники двигались молча. Они были слишком заняты собой, чтобы еще разговаривать. Очень многое произошло с тех пор, как за обедом мистер Роузен объявил о создании Клуба крепких желудков. Теперь это все каждому нужно было обдумать…
Вдруг Шелби воскликнул:
— Мартин! Подождите-ка! Остановитесь на секундочку.
Все застыли на месте, и в полумраке послышался голос возглавляющего шествие:
— Что случилось?
— Туннель сужается, — пояснил Шелби. — Проход становится уже и ниже.
Ричард первый заметил это, поскольку был на целую голову выше Мартина.
— Господи, этого еще не хватало! — чуть не задохнулся от ужаса Мюллер. — И что же нам теперь делать?
— Будем ползти на четвереньках, если понадобится, — резко ответил Мартин. Он взял на себя обязанности Скотта не потому, что так уж ему этого хотелось. Просто других кандидатур не было, а Джеймс не собирался погибать. Правда, сейчас ему на мгновение показалось, что он поторопился взвалить на себя столь ответственную миссию и ведет доверчивых людей на верную смерть.
Коридор действительно сужался, теперь это все заметили.
— Пусть женщины ждут здесь, — приказал Мартин. — Роузен, вы останетесь с ними. Остальные пойдут со мной. Нужно проверить, что нас ожидает впереди.
Они поползли дальше, но через десять ярдов пришлось остановиться. Дальше двигаться было нельзя: коридор обрывался гигантской металлической манжетой. Мужчины поняли, что находятся внутри упорного подшипника винта, в который и упирался гребной винт, давая ход кораблю.
— Я почему-то не подумал об этом. Все здесь должно было выглядеть по-другому, — по-детски обиделся неизвестно на кого Мартин.
— Снова мы в тупике, — огорчился Рого. — Господи, да вы, оказывается, ничем не лучше Скотта!
Мартин поджал губы:
— Спасибо вам, Рого! Можно подумать, что вы всегда ему здорово помогали! «Куда дальше, тренер?» «Что будем делать, тренер?» — только это и было от вас слышно. Да и вообще, чего ради я стараюсь спасти вас? Чтобы вы возвратились на свой участок и продолжили охоту на мелких негодяев?
— Послушай, ты, сосунок, не выводи меня из себя, — взвился детектив.
Но Мартин лишь расхохотался:
— Ну, хорошо, я с вами согласен. Скотт ошибался с самого начала, и мы пришли совсем не туда, куда бы нам хотелось. Кто-нибудь может предложить выход из создавшегося положения?
Они двинулись назад. Когда коридор снова стал широким, оказавшийся рядом Кемаль похлопал Мартина по плечу и принялся жестикулировать. Но Мартин лишь отрицательно помотал головой:
— Нет, Кемаль. Ничего не получится. Финиш!
Но турок не собирался отступать. Он сам помотал головой, да так яростно, что остальные замерли и попытались вникнуть в то, что матрос пытался объяснить им жестами.
Сначала турок вращал указательным пальцем. Затем поднял вверх четыре пальца и оглядел лица присутствующих, чтобы понять, догадались ли они, о чем идет речь, или еще нет. Потом отставил два пальца и обеими ладонями указал влево. Через секунду он повторил пантомиму, но теперь ладони повернул вправо.
— Четыре, которые разбиты на пары, по два, — забормотал Мюллер.
Кемаль продолжал. Глаза его загорелись. Видимо, то, что он пытался сказать, казалось ему чрезвычайно важным. Теперь он сдвинул одну ладонь относительно другой так, что его грязные черные ногти чуть ли не впились в запястье руки.
И тут Шелби радостно закричал:
— Я понял! Я все понял! Мы зашли не в тот туннель!
— Что вы имеете в виду? — нахмурился Мартин. — Объясните всем остальным. Какая разница, какой туннель? Не понимаю.
— Вот что он пытается нам объяснить, — возбужденно начал Ричард. Он сам принялся вращать пальцем, потом показал, что их четыре. — У парохода четыре винта, по два с каждой стороны, справа и слева от руля.
— Ну, и что с того? — фыркнул Рого. — Значит, с другой стороны нас будет поджидать точно такой же туннель с таким же тупиком в конце.
— Ничего подобного, — отмахнулся от детектива Шелби. — Тогда он не стал бы продолжать свои объяснения ладонями. Дело в том, что винты расположены не на одной линии. Один выходит впереди другого. И так на обеих половинах корпуса. Сейчас мы находимся в туннеле, который не выходит за пределы двойного днища.
— Тогда получается, что Питерс и Эйкр были правы! — подхватил Мюллер. — Второй туннель должен уходить дальше к корме!
— Вот именно! — обрадовался Шелби. — Именно так. Значит, нам нужен тот второй туннель, и тогда мы уж точно окажемся возле самой обшивки корабля.
— Ну что ж, — с облегчением выдохнул Мартин, — когда всю жизнь торгуешь носками, таких тонкостей знать не приходится. Рого, может быть, теперь поведете нас вы?
Но детектив лишь миролюбиво улыбнулся:
— Не сердитесь на меня. Я погорячился.
— Но как мы попадем в тот, другой туннель? — спросил Мюллер.
Шелби кивком указал на Кемаля:
— Он знает, как. — Он поднял два пальца вверх, и матрос счастливо заулыбался оттого, что его правильно поняли. Он поманил мужчин за собой.
— Но почему этот урод не сказал нам сразу, что мы идем не туда? — удивился Рого.
— Не забывайте, что корабль перевернут вверх дном, и у матроса в голове тоже все могло перемешаться, — пояснил Мюллер. Тут свет лампы изменился и стал темно-желтым.
— Бог мой! Заряд кончается! — ахнул Мартин. — Мы потеряли много времени.
Четверо мужчин поползли назад по туннелю, потом, когда позволил свод, поднялись на ноги. Вскоре они встретились со своими друзьями.
— Что там такое? — волновался Мэнни Роузен. — У нас снова неприятности? Мы не сможем продолжать путь? Я слышал, что, как будто…
— Простите, но тут я дал маху. Оказывается, существует два тоннеля, но я, к сожалению, выбрал не тот, что нам нужен. Теперь мы пойдем за Кемалем, он выведет нас в нужное место.