Ненавижу еще больше! Да такой степени, что нечем дышать.
Больше всего мы ненавидим тех, кого любили. Так и есть, как ни прискорбно это признавать.
— Да кого угодно! Бандитов, похитителей, маньяка, в конце концов, но только не тебя, — отхожу подальше, потому что Чернов делает пару шагов в мою сторону. Взгляд у него такой… Он всегда смотрел на меня так, словно я богиня, с восхищением и блеском в зелёных глазах. А я, идиотка, велась на эти его блядские глаза. И сейчас так смотрит, что на секунду спирает дыхание и обрушиваются воспоминания о нас. О том, что в прошлой жизни, всего год назад я была счастлива.
— Ну извини, — разводит руками Чернов. — Хочешь, стану для тебя маньяком? — ухмыляется, но тут же морщится, хватаясь за голову. Нехило я, видимо, его приложила. И вот вообще не жалею. Мало ему. Убила бы, если бы за это не светила уголовная ответственность.
— Стань невидимкой! Испарись, — глубоко втягиваю воздух. Отхожу еще на пару шагов назад, когда Чернов спокойно падает на кровать и прикрывает глаза. — Где мы? — пытаюсь восстановить цепочку событий. Да ни при каких раскладах не могла я оказаться с этой сволочью на одной территории.
— Посёлок Красная Горка. Точнее, за десять километров от посёлка, — с закрытыми глазами отвечает Чернов.
Замечательно. Впервые слышу об этом чудном месте.
— Как мы здесь оказались? — тоже присаживаюсь в кресло. Голова гудит. Нет, с похмелья я не впервые. Но так плохо не чувствовала себя никогда. Точно отравилась. — Да черт с тобой! Как я здесь оказалась?
— А ты не помнишь, кошечка моя? — усмехается, но морщится, снова хватаясь за голову. — Нехило ты меня приложила. Посмотри. Не пробила голову?
— К сожалению, нет, — фыркаю. — Как я здесь оказалась? — настаиваю на своем.
— Ты позвонила и попросила забрать тебя на край света. Край света не нашел. Но здесь тоже ничего.
— Чернов, не надо мне тут рассказывать свои байки! Ты последний, кому я могла позвонить! Нет, ты даже не последний. Тебя нет в моем списке в общем.
— А вчера ты говорила совсем другое, — с сожалением выдыхает.
Да черт!
Прикрываю глаза, потираю виски, пытаясь вспомнить. Нам подарили коктейли от заведения. Милый мальчик-официант что-то нес про акцию, и вот после них я как-то очень сильно опьянела, пошла в туалет освежиться… А дальше провал…
Да не могла я ему позвонить! Тем более просить увести меня.
— Или ты говоришь правду, или я повторю попытку твоего убийства.
— Я готов умереть, — раскидывает руки на кровати с выражением лица, как будто только что выиграл в лотерею.
— Так! — вскакиваю с кресла. Да плевать, как я здесь оказалась. Главное – быстрее убраться отсюда. У меня свадьба завтра, в конце концов. Смотреть на этого мужика, дышать его персональным запахом – это выше моих сил. — Где моя одежда, сумка и телефон?
— Не знаю, — продолжает спокойно лежать и размеренно дышать. — Давай поспим часика два? Или ты завтрак хочешь?
— Я хочу, чтобы ты прекратил строить из себя идиота. Верни мне телефон, меня заберут отсюда! — требую я.
— Нет, — качает головой.
— В смысле «нет»?
— В прямом, кошка моя. Мы выйдем отсюда только вместе и только в загс.
— Ахахах, — смеюсь в голос. — У тебя больная фантазия, Чернов.
— Очень больная.
— Так, подожди… — впадаю в ступор, начиная вспоминать. Не всё. Вспышками. Вот я умываюсь в туалете холодной водой. Вот и правда беру свой телефон и звоню, но только не ему, а в такси. Вот прощаюсь с подругами, ссылаясь на плохое самочувствие. Дальше не помню. Но… Я помню его запах. Его руки. Помню, как отбиваюсь от них и кричу, чтобы не лапал меня…
Ах ты сволочь!
— Ты меня украл?! — от собственного крика прострелило в висках.
— Да, — удовлетворенно улыбается, даже не пытаясь отрицать.
— Ммм, мало того что ты мудак, так еще и самоубийца. Коган тебе яйца оторвёт. А он уже меня ищет. И найдёт! Счет идет на часы. Молиться умеешь?
— Не умею, я атеист, — иронично усмехается. — Но в ближайшие дни он тебя не найдет.
— Ты самоубийца?
— Возможно. Значит, проведу последние дни своей жизни с любимой женщиной. Замечательная смерть, — улыбается, как блаженный.
Он точно крышей потек.
— Не смей больше называть меня любимой! — взрываюсь я.