Фух, представится же такое! Лучше тогда сразу насмерть!
Редван пару раз останавливался и осторожно заглядывал за край тропы, чтобы пощекотать нервы и порадоваться, что он не упал и не потерял рассудок. Высота кружила голову. То ли он единения с природой, то ли от разреженного воздуха, Редван чувствовал себя слегка пьяным и невероятно крутым по жизни чуваком. Про таких принято говорить «красавчик», вкладывая в это слово гораздо большее, чем приятная внешность.
Редван самодовольно усмехнулся и тут затылком ощутил, будто за ним кто-то идет. Это были не звуки шагов, а… присутствие? Редван не знал, как это описать. Он лениво обернулся, но никого не было. Ощущение исчезло, а стоило ему продолжить подъем, вернулось. Редван опять обернулся. Никого.
- Хрень какая-то, - проворчал он, в груди стало как-то неприятно. - Паршивое место.
Ощущение красавчиковости улетучилось. Он сделал еще несколько шагов, убедился, что чутье снова что-то шепчет, и с восклицанием «Да бля!» снова обернулся.
Нет, никого.
«Шпана местная прикалывается, - нашлось объяснение. - Шустрые поганцы. Если хоть одного увижу...»
Редван до рези в глазах всматривался в кусты, ощупывал взглядом камни, но в скудной растительности этого отрезка пути спрятаться было крайне трудно, а через два шага в сторону вниз уходил крутой обрыв.
- Редван? Что там?
Голос раздавался издалека. Он увидел, что Зюма и Загир успели уйти далеко, пока не заметили его отсутствие.
«Показалось, - решил Редван. - Проклятые рассказы про деда. И воздух тут разреженный, вот и мерещится всякое».
- Ничего, - отозвался он и поспешил наверх настолько быстро, насколько позволяло дыхание.
- Что там? Куда ты смотрел? - снова спросила Зюма, когда он поравнялся с ней.
- Ничего, сказал же! - буркнул он.
«Ишь куда ускакала моя горная козочка! Я мог сорваться в пропасть, а она бы и не заметила!»
- Место у нас такое, бывает, мерещится всякое, - добродушно сообщил Загир.
- Правда? И что же, например.
- Ну, всякое, - повторил парень. - Будто идет кто следом или кличет по имени. Старики говорят, тут раньше кишело всякой нечистью. Люди встречали испов и алмасты. И другую всякую тварь. Потом вроде как повыродились все. Большей частью. Но, видать, кто-то и выжил. До села дойдем, до черты, они отстанут.
«Плюс один псих в копилку».
- Понятно, - согласился Редван, вспомнив, что с сумасшедшими спорить нельзя. - А аждаха тут случайно не пробегал?
- Может, и пробегал когда-то. Всякое рассказывают. Но сейчас только…
- Хватит пугать моего мужа, Загир! - оборвала парня Зюма.
Он пожал плечами и потянул осла дальше. Редван поймал Зюму за руку и тихо спросил:
- А у него какой диагноз?
- У него нет диагноза, - сухо ответила она.
- Но он же говорит бред! Я думал, мы уже вылезли из Каменного века.
- Ну, значит, не все вылезли. Не стоит всех равнять по себе.
- А ты-то вылезла? Или тоже веришь, что тут испы шарятся по кустам? Хотя что с тебя взять, если ты утверждаешь, что твой дед рвет на части людей и командует армией волков.
- Я верю в то, что вижу, - она смерила его таким взглядом, что немедленно захотелось залепить ей хорошую затрещину. - Особенно в салфетки с губной помадой и переписки с чужими бабами.
Далась ей эта салфетка! Теперь к любому разговору будет ее приплетать? Редван сжал и разжал кулаки. Не при Загире. Но этого так оставлять нельзя. Нет, нельзя. Ох, Зюма, выроешь ты себе могилу, и никакие волки и бешеные собаки не спасут.
Они продолжили подъем и через некоторое время вышли на более пологую местность и увидели Тера-Далар — типичное высокогорное село, в котором дома было принято строить один над другим, так что казалось, в нем даже нет улиц, а люди перебираются друг к другу по крышам. На первом этаже обычно жила скотина, располагались сараи, а жилые комнаты были на втором. Редван закатил глаза — если уж жить в селе, он предпочел бы более современный дом с отдельной территорией, обнесенной высоким непроглядным забором.