Сфокусировав зрение на зеркале, заорала от неожиданности. Потом дошло, что это как бы я, и драть глотку нет смысла. Шляпка и колбочка! Шо я такого делала до утра?! По виду и не скажешь, что зелье готовила. Была в запое – вот это правильный диагноз. Месяц. Не меньше.
Осмотрев лицо, узрела синяки под глазами, увидела отпечаток подушки на щеке и, нащупав колтуны на голове – я поняла одно! Спать. Срочно. Быстро. Немедленно.
Вернулась в комнату и… здравствуй подушка, я к тебе. Отключилась моментально. Спала как младенец. А вот сны были далеко не младенческие. Снились мне прекрасные мужчины. Много мужчин. Я была в лучшем мире и он был только мой. О да!
Мой шикарный сон… моих красивых мальчиков… прогнал настойчивый стук во входную дверь квартиры! Через минуту он сменился милыми барабанами. Через три поменялась песнь на камнепад. Через пять дверь снесли с петель и в комнату влетела фурия. Зову ее Ира.
– Да ты издеваешься, – воскликнула подруга. Подошла к моей кровати и начала стягивать с меня одеяло. Забрав его, принялась отбирать подушку. У этого человека вообще нет ничего святого! Самое дорогое и последнее оторвала от моего сердца. Блин, лучше бы фамильяра пригребла!
– Отвали, старая! – Пробурчала я, переворачиваясь на другой бок.
– Кто старая? – Зажужжали у меня над ухом, громким басом и матом. – Мне только двадцать пять стукнуло, как и тебе, между прочим!
– Вот и я про тоже, – причмокивая, сказала сонная ведьмочка, – пора нам не по вечеринкам шастать, а спать ложиться в это время.
– Так, Яна Бабуиновна, – строгим тоном проговорила подруга, – если ты сейчас же не оторвешь свой зад, то кому-то будет очень неприятно, так как заденут чью-то гордость каким-нибудь предметом!
– Хоть я ведьма и гордая, но ленивая и мстительная. Ударишь – получишь на сухари самым изощренным способом из моего арсенала.
– Нет, не надо! – Отскочила Ирка от кроватки подальше. Молодчинка моя! Помнит нашу войну в академии. Все стояли на ушах. Поговаривали, что боевики в храмы тогда зачастили и боялись возвращаться обратно в альма-матерь. Ведьмы – это не парни-качки, что только и могут фаерболы пулять, да кулаками махать. Мы страшные женщины! В прямом и переносном смысле.
Но! Внешность красивая-красивая. Благодаря нашим прабабкам, что наготовили ТАКИХ зелий и накачались ими под завязку. С тех пор и стали рождаться красивые ведьмочки. Насчет ведьмаков ничего сказать не могу, так как эти гады от природы и красивые, и наглые, и скромностью не обделены, как и женским вниманием.
– Ладно, – громко простонала от досады я. – Свари мне пока кофе, а я приведу себя в порядок.
– Давно бы так, – пробурчала подруга и удалилась на кухню.
Поднявшись, пошла в ванную. Контрастный душ привел меня в чувства. Теперь хоть мыслить здраво могу. Бытовым заклинанием высушила волосы и вернулась в комнату. Надела черную юбку ниже колен с вырезом сбоку, что идет вместе с корсетом. Под юбку напялила темные плотные колготки. На ножки обула сапожки на высоком тонком каблуке. Подкрасила личико (выделила глаза) и заплела волосы в сложную косу на бок. Сексуальна как всегда!
Учуяв аромат кофейка, поплелась на кухню. Прошла мимо входной двери, что стоит на своем законном месте. Остановилась у зеркала. В нем отражается красивая высокая девушка. Длинные огненно-рыжие кудри до ягодиц. Большие серо-зеленые глаза. Черные брови и пушистые реснички. Носик с горбинкой и чуть пухловатые губки. Фигура совершена (я говорила почему). Янка Бабуиновна, вы – ведьмовской огонь!
– Хватит на себя пялится, – прервала меня от разглядывания прекрасного Ирка. – Пей, давай и съешь что-нибудь. А потом пойдем.
– Подожди! – Посмотрев на магические часы, где было ровно пять, решила прояснить один такой маленький моментик. – Разве вечеринка уже не началась?
– Нет, конечно. – Фыркнула подруга в кружку и отхлебнула кофе. – Если бы я сказала тебе, что она начнется в семь, то ты была бы готова к восьми. А так вон как хорошо получилось. Ты готова и мы успеем к началу.