Повисла долгая пауза. Мы в недоумении смотрели на Александра, а он на нас.
–Чё?
–Да звук издаёт такой громкий! Пибикает, когда нажимаешь вот так. Ну? вы чё…?
–Я не знаю! – сказал я и время вышло. Александр тяжело вздохнул.
–КЛАКСОН!!! Это был клаксон.
–Чего??? Мог бы нормально объяснить. – воспротивилась Милена. Мы втроём залились смехом.
–Саша так смешно объясняет. – начала показывать Зоя, размахивая руками. – «Пибикалка такая. Нажимаешь, и звук издает!»
–Да, да, да. – согласился я, держась за свой живот. – Ты так широко жестикулируешь.
–Ещё и орешь к тому же. – добавила Анастасия.
–Ну мне надо побыстрее же. А слова из горла не идут. Терпеть этого не могу. Кто следующий?
–Давай я. – протянул я руку.
Как только таймер пошёл, я, сам того не замечая, начал жестикулировать, как Александр, будто это как-то поможет донести смысл. Слов я, действительно, не мог найти, чтобы хоть как-то нормально объяснить. Наверное, это игра показывает, что у тебя всё-таки есть проблемы с речью.
Зоя справилась гораздо лучше нас всех. Она, не торопясь, объясняла нам каждое слово. А если мы всё-таки тупили, то она плевала на это и переступала к следующему слову.
Анастасия вечно смеялась с того, как мы угадываем, а мы с того, как она объясняет: потому что всякий раз, когда она хотела что-то донести, начинала громко хихикать и в итоге говорила слово. А потом кидала в сторону отгаданных, потому что забывала, что куда.
15:13 8 дня
Мы лежали на полотенцах в укромном месте, которое показала нам Анастасия перед тем, как отправиться развлекать малышей на пляж. После двухдневного шторма день выдался довольно-таки приятный. Солнце иногда скрывалось за маленькими тучками, а чуть прохладный ветер остужал разгорячённую жаркими днями кожу. Я лежал на животе и делал наброски неизвестно чего в скетчбуке. Зоя тяжело вздохнула, убрав школьную книгу, и сказала:
–Книга скучная. Тягомотина какая-то.
–Вся школьная литература скучная. – пробубнил Александр, притягивая тоненькие лучи солнца на хорошо загорелую кожу.
–Не правда. – возмутилась Милена, раскладывая пасьянс.
–Правда. – кивнули мы в ответ с Александром.
–Нет.
–Хорошо! – лёг на живот Александр, повернувшись к ней лицом. – Аргументируй, пожалуйста, почему школьная литература не тягомотина? Всегда ждал этот спор. И вот те на.
–Во-первых, хочу сказать, что всё это субъективно. На вкус и цвет, как говорится. А во-вторых, школьная литература проста. Она раскрывает многие проблемы, которые нужно затрагивать в школьном возрасте и учиться понимать. Нравственность, мораль и тэдэ.
–Но классику тяжело читать! Она странно построена: никаких тебе эмоций, ни чувств. Все персонажи, как кремень.
–Времена были такие, Саш. Этика. Тебя никто не мог на улице обматерить и назвать придурком.
–Зато дуэли были. – вставил я.
–Сохранять честь и достоинство было чуть ли не самым важным у людей. Неудивительно. – ответила мне Милена. – Чёрт! Уже четвёртый раз не складывается.
–Ладно, я соглашусь насчёт этикета, тех времен и тэдэ. Но эти проб…
–Если в книге не описываются подробно постельные сцены и поцелуи, это не значит, что книга без эмоциональная.
–Ещё бы в школьной литературе такое было! Ага! Щас прям. Да и современные книги без всякого намёка на поцелуи остаются эмоциональными, насыщенными и запоминающимися.
–Классика тоже запоминается. В ней есть мораль, смысл, который донести автор.
–В современных книгах тоже есть смысл, Милена!
–Не ори!
–Не ору!
–Не ори.
–Не ору.
–Орёшь!
–Нет.
–Да.
–Нет.
–Да не ори реально. – шикнула его Зоя. Александр закатил глаза на такой упрёк и продолжил:
–Ты что, думаешь, что писатели двадцать первого века какие-то пустоголовые? Что не знают каких-то моральных принципов?
–Я этого не говорила.
–Абсолютно все книги несут в себе, хотя бы малейший, но смысл. А иначе и быть не может! Если бы современные книги не несли в себе каких-либо вековых, давно сложившихся ценностей, люди бы не читали их, как остервенелые. – Милена молча пилила его мрачным взглядом. По-моему, она была напряжена и весь этот спор её уже раздражал. Я попытался прервать Александра, но тот затараторил с прежней силой. – Погоди! Просто я хочу сказать, что все проблемы и поучения классической литературы существовали всю жизнь. Они вечны! Сейчас современные писатели говорят о том же самом, только под другим углом и в иной форме. Вот и всё! Ну, и добавляют всякую эпическую и фантастическую мишуру, и то не всегда.
–Всё это субъективно. Ты всё сказал?
–Да, я всё сказал. – холодно ответил Александр, и они оба отвернулись друг от друга.