«Чего это нужно здесь этому жирному борову? – подумал Кемаль. – Не нравится мне рожа этого парня».
– Прошу меня простить, ага, – сказал мастер. – Но говорить с этим господином я не желаю.
– Я хорошо тебя понимаю, Матео. Я сам не сильно хочу с ним говорить. Но может он идет не к нам?
Мастер более ничего не ответил и исчез среди кустов.
– Кемаль-ага! – бостанджи-баши первым позвал янычарского агу. – Рад тебя видеть!
– И я рад тебе почтенный эфенди! Но сейчас я немного занят и спешу выполнить приказ нашего господина!
Кемаль соврал. Никакого поручения у него не было.
– Погоди. У меня к тебе есть дело, почтенный.
– Какое же?
–Я с недавних пор вынужден скрывать мою любовь к женщинам. Наш господин, вытаскивая меня из Еди-Куле, сказал, что я евнух. Это спасло мою шею, но…
Кемаль усмехнулся и ответил:
– Я знаю все обстоятельства этого дела, эфенди. Не стоит тебе все повторять. Ближе к делу. Чего тебе нужно?
– Мне опасно просить кого-то иного. И господин может на меня снова рассердиться. Но тебе ничего не стоит оказать мне эту услугу.
– Ближе к делу, эфенди, – Кемаля начала раздражать говорливость толстяка. – Ты можешь сказать, что тебе нужно?
– В Стамбуле появилась новая красавица. Я видел её и хочу купить. Но не могу сделать это сам. И обратиться к кому-либо кроме тебя не могу.
– Ты желаешь, чтобы я купил для тебя красотку?
– Да. Этим ты обяжешь меня, ага. И я не останусь у тебя в долгу.
– И сколько она стоит, эфенди?
– За неё просят 10 тысяч динаров! Но она того стоит! Клянусь тебе. И боюсь, что скоро о ней может узнать и главный евнух падишаха. Тогда она будет потеряна для меня, ага. Нужно спешить.
Кемаль еще раз усмехнулся. Этот толстяк, напоминавший евнуха, оказался такими страстным любовником. Кто бы мог подумать.
– И, эфенди, даст мне на покупку 10 тысяч? Ведь у меня таких денег нет.
– Дам. Здесь все в порядке, но тебе следует спешить, ага. Время дорого!
– Но что, эфенди, даст мне взамен?
– Что угодно! Если ага задумает сбежать из Стамбула, то никто не поможет ему в этом лучше меня!
Кемаль посмотрел на бостанджи-баши и спросил:
– А с чего мне бежать отсюда?
– Аге это виднее, – хитро ответил толстяк. – Но я могу дать клятву Аллаху, то не позабуду своего обещания!
– Хорошо! – согласился Кемаль. – Я помогу тебе, эфенди, но сейчас мне нужно спешить.
– Наш господин сейчас покинул Эйюб и спешить тебе некуда. Ты выполнишь его поручение потом.
– Хорошо! Я готов оказать тебе услугу прямо сейчас.
– Вот и отлично…
***
Кемаль-ага переоделся в кожаные штаны и куртку, чтобы никто не узнал в нем янычара и приближенного Асана Мустафы. Голову он обернул простой белой тканью, сделав нехитрый тюрбан, дабы в нем видели не гяура, но правоверного.
Бостанджи-баши похвалил его за предусмотрительность.
– Ты выглядишь как настоящий купец, Кемаль-ага. В таком виде тебя никто не узнает. Вот деньги.
Он вручил Кемалю тяжелый кожаный кошель. Тот привесил его к поясу.
– Я покажу тебе дом, где остановился этот торговец рабами.
– Он гяур? – спросил Кемаль.
– Трудно сказать. Но, наверное, да.
– А та женщина, что ты желаешь купить, гяурка?
– Какое это имеет значение, Кемаль-ага! Она просто красавица. Она должна попасть в мой гарем и там никто не посмеет отобрать её!
– Но цена слишком высока, эфенди. Самая высокая цена на красавицу и девственницу не более семи тысяч динаров.
– Она того стоит. Скоро сам убедишься.
– Не могу я тебя понять, эфенди. То ты попался на том, что покупал женщин в гареме у султана, а теперь готов отдать такие деньги за рабыню.
– Тогда шайтан помутил мой разум, Кемаль-ага. Сам не могу понять, зачем я позарился на тех девок. Но так поступали и поступают многие. Даже главный евнух падишаха полумира не чист на руку.
– А он не боится, что султан обо всем узнает? Тогда ему не сносить головы. Я видел его, и он не производит впечатления смелого человека.
– Он трус каких мало, – ответил бостанджи-баши. – Но он великий хитрец, ага. Он творит свои дела тайно, и никто ни в чем его не сможет обвинить. Да и султану он нужен. Он знает толк в красавицах и знает, как присматривать за теми, кто приглянулся падишаху.
– Евнух знает толк в женщинах? – спросил Кемаль-ага.
– Здесь нет ничего удивительного, ага. Он ведь не всегда был евнухом. Было время, когда он славился своим распутством по всему Стамбулу. И одна его выходка не понравилась падишаху, и тот приказал сделать его евнухом. Так он получил одну из главных придворных должностей в империи. Правда, радости ему это не доставило…