– Половину у самолета, половину – когда все закончится.
Алекс согласился.
Никто не усомнился в полной безобидности русского православного священника, когда они с Шометтом вернулись в кафе, где их ждала Елена, перед которой стояла чашечка кофе. Она с подозрением поглядывала на окружающих, что было вполне понятно. После всего, что случилось за последние двадцать четыре часа, трудно не стать параноиком. Заметив возвращающихся Алекса и Рене, она облегченно улыбнулась.
Теперь, когда они собрались все втроем, Рене рассказал все подробно, начав с того, как Румянцев похитил его и поместил в тюрьму на базе в Ростове, охраняемую наемниками «Глоба-Линк». Именно там стояли военные корабли НАТО, ожидающие приказов. Каких именно – этого Шометт не знал, но на ближайшее будущее что-то явно было запланировано. Могли начаться какие-то военные операции, в которые будет втянуто множество стран, а может быть, и все, с Америкой во главе.
Шометт извлек пакет, завернутый в упаковочную бумагу и перевязанный бечевкой.
– Это дал мне Букаев и просил передать тебе, – сказал он с неистребимым французским акцентом. – Здесь запись допроса Холлингсуорта, который Фарит провел неподалеку от американского посольства. Я бы не назвал это откровением, но он сказал, сам того не ведая, поскольку Букаев вколол ему какую-то дрянь, что страны НАТО готовы предоставить в распоряжение «Глоба-Линк» свои вооруженные силы. А еще он назвал имена глав правительств и крупнейших мировых корпораций, которые тоже в этом замешаны. Они собираются использовать лучших юристов для изменения международного законодательства. Когда все будет готово, господство «Глоба-Линк» станет законным. У недовольных не останется никаких юридических оснований для протеста.
– А убийство посла Фармера и главнокомандующего НАТО Анатоля Боннарда? – спросил отец Иванов, поправляя очки на носу.
– Все там, на пленке. Оба узнали о подлинных целях совещания в Женеве и выразили свое несогласие, угрожая предать гласности весь заговор.
– Чем, разумеется, тут же подписали себе смертный приговор, – заключила Елена.
– Верно, – согласился Шометт. – И судя по тому, что записано на этой пленке, их участь постигнет еще очень многих.
Елена рассказала Шометту о помощи, которую предложил оказать генерал Джош Аткинс. Он соберет всех известнейших мировых журналистов завтра утром в вашингтонском пресс-клубе.
– Тогда ни у кого не останется сомнений в том, что вот-вот должно произойти, – закончила она.
– А когда мы с ним встретимся? – спросил Шометт.
– Вы с Еленой сядете на ближайший рейс до Вашингтона, – вмешался Алекс. – Генералу Аткинсу для пресс-конференции нужны и эти доказательства. Он наверняка сегодня же ночью подготовит копии материалов для всех представителей пресс-корпуса. Один из нас, перед тем как продемонстрировать материалы, скажет вступительное слово, чтобы все могли понять и оценить масштабы угрозы, представляемой «Глоба-Линк», еще до того, как увидят запись. А материал будет говорить сам за себя.
В неожиданно наступившей тишине Алекс и Елена переглянулись, и это не ускользнуло от взгляда Рене.
– В чем дело? – спросил француз.
– У нас для тебя плохие новости, – неуверенно начал Алекс. – Чета убили.
Рене был явно потрясен.
– Когда?
– То ли ночью, то ли утром, – ответил Алекс, а потом пересказал то, что они с Еленой узнали из теленовостей. – Мы и сами узнали об этом не больше часа назад.
Рене опустил голову, не в силах найти подходящих слов. Он и так все понял. Алекс и Елена дали ему пережить горе. Наконец, он снова заговорил:
– Это наверняка подстроил кто-то из тех, кому он доверился, считая своим человеком.
– Возможно, мы этого никогда и не узнаем, – сказал священник. Лицо его пылало гневом. – Сам же видишь, реализация заговора уже началась, завтра в Женеве это будет просто подтверждено. Ты не разговаривал со своими ребятами в «Сюрте»?
– Нет. Я уверен, что теперь они тоже участвуют в этом.
– Как и все секретные службы, – добавила Елена. – Мы вступили в борьбу с силами, которые никому не остановить.
– Но они будут остановлены, – убежденно заметил Алекс. – Я уверен в том, что нет власти более могущественной, чем мировые средства массовой информации, и как только правда выйдет наружу, планы «Глоба-Линк» лопнут. Ладно, сейчас главное – не терять времени. Нужно как можно скорее передать материал генералу Аткинсу.
– А ты? – спросил Шометт. – Ты чем займешься?
Алекс почесал свою фальшивую бороду, потом снял очки и взял в руку висящий на груди крест.
– «Глоба-Линк» все еще ищет Филиппова, – напомнил он Рене, и их взгляды встретились. – Вряд ли Геннадий Игоревич Христенко хотел бы, чтобы я их разочаровал.
Брайан Шепард утратил все иллюзии. Мечта о том, что фирма когда-нибудь отправит его в далекое экзотическое место, где его будут ублажать прекрасные сирены, развеялась окончательно и бесповоротно. Каждый день одно и то же – бумажная работа и слежка. И это теперь, когда террористы осадили его страну. Господи, неужели он родился под несчастливой звездой, почему именно его направили работать с ФБР, АНБ и с новым Министерством внутренней безопасности, под эгидой которого объединялись все спецслужбы, подчиняющиеся одному человеку, стоящему на верхушке пирамиды?!
Он представил, как Дж. Эдгар Гувер переворачивается в своей могиле, увидев, что творится сейчас в его родной стране. Романтика полностью исчезла, зато повсюду воцарилась рутина. Шепард думал об этом, обводя взглядом большой хозяйственный магазин, расположенный неподалеку от того места, где содержался привязанный к стулу Юсеф с заклеенным скотчем ртом. Теперь, когда Форсайта убили, ему придется все довести до конца самому, и пусть кости упадут так, как уж получится. Может, Чет узнал что-то, чего не следовало знать, и поплатился за это? Впрочем, все это было неважно, а его ждала работа, причем не из приятных.
С точки зрения Шепарда, Америка сидела теперь в полном дерьме, поскольку слишком много туда понаехало разных ублюдков. И не было способа защитить свою страну, поскольку она всецело полагалась на бюрократию, бумаги и инструкции, а не на своих лучших агентов, имеющих право получать информацию любыми способами. Правила игры изменились, и максимум, что могло сейчас делать АНБ, это контролировать телефонные переговоры, причем большая часть этой работы шла коту под хвост.
Чушь какая-то.
Существовал один-единственный способ узнать, что же именно планирует враг, – нарушить конституцию США. Джордж Вашингтон, Томас Джефферсон и все остальные отцы-основатели никак не могли предвидеть Америку с веб-сайтами, которые накачивают людей пропагандой или сообщают о том, как сделать атомную бомбу в домашних условиях, на обычной кухне. Это не говоря уже об электронной почте, содержащей зашифрованные послания. Знай такое отцы-основатели, они наверняка тут же сели бы и написали новый свод законов, развязывающих разведслужбам руки.
Ладно, если они не смогли, то он сможет, поскольку это единственный способ прижать к ногтю всех этих борцов за права человека и не допустить, чтобы они уничтожили Америку. И если даже он при этом рискует своей головой, то так тому и быть, поскольку Шеп любит свою страну, и пошли к такой-то матери все эти исламские террористы, решившие, будто им позволено делать что угодно. А как к этому относятся ни в чем не повинные американские мусульмане? Создали они хоть какую-нибудь организацию для борьбы со своими собственными злодеями? Как же, разбежался. Если бы эти люди были евреями, то израильтяне насели бы на них так плотно, что Америка вообще не оказалась бы в такой беде, в какую попала сегодня. Но мусульманам было на все наплевать.
Америке нужен независимый человек, и им станет Брайан Дэниел Шепард. «Нет, настало время повзрослеть и твердо взглянуть в глаза реальности», – думал он, глядя на продавца, возвращающегося с заказанными им товарами.