– Действительно, странная религия…
– Это еще что! Они бога своего едят во время причастия! Представляешь?!
– Это как?! – опешил Лех.
– Ритуально. Хлеб – это плоть бога, а вино, соответственно, божественная кровь. И как с такими людьми, что ритуально жрут своего бога, как какие-то дикари-людоеды, вообще можно иметь какие-то дела?!
Планируя набег на Крым, Рус попытался учесть все слабые места, и самым серьезной проблемой стали все те же стрелы, будь они неладны. Вроде и много стал производить станок, от пяти до семи сотен штук в день, но, как известно из грустной спецназовской шутки из будущего, патронов может быть очень мало, просто мало, но больше не унести. Все это полностью относится и к стрелам.
Посчитав, сколько станок произведет стрел для набега, за вычетом того, что придется продать союзным племенам за поставку сырья (собственно, обменом на древки и уголь) и ромеям за денежку для платы всем остальным участникам процесса, прослезился. Действительно, кошкины слезки. В лучшем случае получалось тысяч двадцать, и это если засадить дополнительных работников, чтобы они эксплуатировали станок круглые сутки. Это ни о чем.
Так что пришлось, как только появились сколько-нибудь свободные средства, заказывать у Тита новые подшипниковые пары колец и делать новые токарные станки. В конце сентября было сделано дополнительно десять станков. И вот они уже полностью работали на крымский набег. Рус тайно разместил это производство совсем в другом, почти зачахшем поселке.
Почему тайно? Чтобы, когда производством древок все-таки заинтересуется брат, то не возжелал большего в качестве своей «дольки малой». А то он, как продукт своего времени, мог и упереться рогом, чтобы продать все ромеям и получить деньжат для своих хотелок, коих, как известно, тоже всегда мало. Мог, конечно, и понять, войти в положение, но Рус решил не рисковать. Лучше потом раскрыться, после набега.
В итоге за октябрь, ноябрь и декабрь эти десять неучтенных станков, производя по пять сотен древок в сутки каждый, выдали к началу похода готовых к употреблению четыреста пятьдесят тысяч штук. Всего. Да, именно что «всего», ибо хотелось большего. В несколько раз. Во много-много раз больше.
То, насколько этого количества мало, показывает тот факт, что Рус мог оснастить прибывших на его зов воинов в количестве пятнадцати тысяч человек всего… тридцатью стрелами. Тридцатью!
Так что для того, чтобы не распыляться, выдавая дефицитный ресурс откровенно криворуким и слабосилкам (у большинства луки оказались прямо скажем дрянными, скорее охотничьими, а не боевыми), пришлось выбирать из прибывших хороших лучников с мощными луками. В итоге собрал отряд из тысячи стрелков и каждому выдал по четыреста пятьдесят стрел. Тоже не ахти, но хоть что-то.
Поскольку все же не все древки портятся после выстрела и их можно было использовать повторно, то для такого случая с собой брали дополнительно наконечники в количестве ста тысяч штук. Казалось бы, что мешало сделать не десять, а двадцать или еще больше станков?
Банальная нехватка сырья, хотя при желании этот вопрос можно было бы решить, но больше все-таки финансовые трудности. Банально нечем платить за сырье. Ведь закупать надо не только древесину на древки, но и на топливо, а также платить гончарам за тигли, в которых плавился песок для отливки наконечников, для чего тоже нужна прорва топлива.
Топливо потреблялось в столь зверски огромном количестве, что для его экономии для сушки древок пришлось использовать дым от плавки песка. Плотники изготовили два десятка саней, немного, но большего и не требовалось. На них загрузили продовольствие, запасы стрел и ящики с наконечниками. Стрелы, кстати, чтобы не испортились на воздухе и их не повело от впитанной сырости (деготь, конечно, предохранял, но все же подстраховаться не мешало), помещали в кожаные мешки по полтысячи штук, дополнительно на дно клался мешок с солью, которая, как известно, хорошо впитывает влагу, причем соль регулярно менялась на дополнительно просушенную. Так что с боеприпасами все должно было быть хорошо.
И вот когда настал день «Д», пятнадцатое января (погода, к счастью, установилась ожидаемо ровная, маловетреная, с температурой в пределах пятнадцати градусов днем, плюс-минус пара), войско, пришедшее под знамя Руса, двинулось на юго-восток.
Кстати о знамени. Наложницы Руса вышили на конопляно-льняном темно-красном полотнище крапивно-шерстяными нитями с использованием бисера штандарт с изображением огненного финиста-сокола. Рус, как мог, изобразил желаемое (благо в этом плане не совсем криворукий). Сокол крыльями образует круг и как бы проявляется из пятна света. От крыльев идут ломаные черные линии Коловрата, он же Черное солнце славян. Получилось очень и очень неплохо, особенно птичка хорошо вышла за счет разноцветного бисера, сверкающего на солнце.