Почему не ромеи? На их счет Рус не заблуждался, при возможности они бы тоже наложили на результат его работы свои потные загребущие ручонки, но вот как раз с возможностями у них сейчас не ахти. Их сателлиты-союзники из кочевников, обитавших в Крыму, не имели для этого силы… Все эти скифо-гунны могли выставить до пятнадцати тысяч всадников, вот только они на это не пойдут, даже если бы викарий мобилизовал им в помощь легион в пять-шесть тысяч человек, набранный из аланов и готов.
Пехота тут не сильно актуальна, а что до кочевников, то потери будут такие, что все эти скифо-гунны рисковали окончательно кануть в Лету. К тому же такое нападение не останется без ответа и обязательно приведет к вторжению с целью мести, о чем Рус тонко намекнул в одном из разговоров с вождем крымских степняков.
Но даже после предупреждения сам Рус не успокоился и чутко отслеживал все телодвижения местных степняков, готовый в любой момент объявить тревогу, ибо жадность, бывает, толкает людей на самоубийственные поступки, а то, сколько металла удалось выплавить Русу, могло свести с ума любого местного аборигена. Зная об этом, он не допускал степняков до складов с готовой продукцией, чтобы лишний раз не провоцировать.
Конечно, обязательно кто-то проболтается, несмотря на все запреты, но слухи слухами, могут ведь и не поверить, подумав, что рассказчик просто преувеличивает, но вот если увидят сами, то все могло пойти вразнос.
Опять же, его армия постепенно росла. После того как стало ясно, что авантюра Руса удалась и он смог разгромить зимующих в Крыму кутригуров, так что от них полетели лишь клочки по закоулочкам, к нему стали стекаться новые отряды. Причем они были уровнем выше в плане боеспособности как по оснащенности, так и по опытности, ведь с Русом в набег пошел изначально самый неликвид, что смог победить только за счет внезапности удара и продуманной тактики.
Рус прибывшим только радовался, лишних воинов не бывает, да еще в такой тревожной ситуации, другое дело, что он жестко требовал признания себя главным с беспрекословным и точным выполнением всех приказов.
Ну а чтобы окончательно удержать скифо-гуннов и ромеев в лице херсонесского викария от удара в спину (мог ведь собрать ударный кулак и лихим наскоком, выскочив из горных ущелий, атаковать промцентр), Рус организовал продажу пленных кутригуров по дешевке. Славян по этому поводу даже насел на брата, требуя пояснений.
– Зачем ты так дешево продаешь пленных? Они ведь стоят раза три, а то и в четыре дороже. Особенно это касается баб с детьми. Этих ты вообще чуть ли не в десять раз дешевле отдаешь.
– А если подумать?
– Хочешь задобрить ромеев?
– Этих тварей не задобришь, – криво усмехнулся Рус. – Это все равно что волка или медведя пытаться умаслить. Откусит дар вместе с рукой, а потом и тебя самого сожрет.
– Тогда не знаю…
– Все просто, брат. Смогут они захватить наше железо или нет, это еще на воде вилами писано, может, да, а может, и нет. Не будь этих купленных по дешевке рабов, может быть, и рискнули бы, ибо ничего не теряют в случае неудачи…
– А так гарантированно потеряют уже купленный товар! – воскликнул Славян.
– Не просто купленный товар, но еще и потенциальную прибыль, ведь Данакт покупает пленных кутригуров не для себя, а для императора. А это не просто возможность увеличить капитал в два-три раза, но еще и способ возвыситься, заняв высокую должность при дворе в Константинополе, и такую возможность сливать в выгребную яму никто не захочет.
– Я понял, – закивал Славян.
У сторожей, что охраняли пленников, имелся четкий приказ князя перебить всех кутригуров при малейшей внешней угрозе. И информацию об этом слили ромеям через аланов и готов, благо это оказалось несложно благодаря оживившейся торговле, ведь аборигены, помимо всего прочего, поставляли славянам еще и вино (Рус и рад бы установить сухой закон, но решил не передавливать, а наоборот, взять процесс под контроль), так что во время нескольких таких совместных попоек нужная информация была слита местным.
В общем, Рус постарался прикрыться со всех сторон, но первые проблемы пришли откуда не ждали – изнутри. В какой-то момент в середине марта местные степняки перестали поставлять руду и вообще угнали всех коней в горы.
– Что за ерунда? – удивился и насторожился Рус.
Послал дополнительную разведку во все стороны, заподозрив, что аборигены оказались в курсе о готовящемся нападении и заблаговременно спрятались.
«Только чего не предупредили?» – озадачился он.
Впрочем, тут удивляться по большому счету нечему. Кто они для местных, чтобы предупреждать об опасности? Да никто. Им, может, даже выгоднее будет, если славян разобьют. Потом добьют остатки и поживятся за счет этого. Падальщики как есть.