Мэгги твердо знала, что ни о каком «наверное» тут не может быть и речи, но она слишком устала, чтобы волноваться еще и из-за этого.
— Хорошо, — покорно согласилась она. — Я отдохну часа два, и, если после этого буду чувствовать себя сносно, я тебе позвоню. Номер твоего мобильника у меня есть.
Джон кивнул и вместо того, чтобы сесть в машину и уехать, неожиданно запер ее.
— Мне нужно кое о чем поговорить с Энди, — объяснил он, поймав удивленный взгляд Мэгги.
Мэгги в сердцах захлопнула дверцу своего автомобиля.
— Может, мне пойти с тобой? Или записать все, что я говорила тебе в доме Митчеллов, чтобы Энди мог подтвердить мои слова?
Джон, который успел сделать несколько шагов по направлению к дверям, остановился.
— Неужели ты еще и читаешь мысли? — спросил он.
— Догадаться нетрудно. — Мэгги пожала плечами. — Во всяком случае, мне кажется, что я начинаю постигать твою логику.
Губы Джона дрогнули в улыбке.
— Это хорошо или плохо? — спросил он.
— Пока не знаю. Когда узнаю, я тебе сообщу.
Он рассмеялся.
— Что ж, пусть будет так. Что касается твоего предложения, то ничего записывать не надо. — Он снова улыбнулся. — Я и так все отлично помню.
— Ну, это-то меня не удивляет. Ладно, Джон, пока. — Мэгги села в машину, закрыла дверь и запустила двигатель. Ожидая, пока мотор немного прогреется, она следила в зеркало заднего вида, как Джон идет к дверям полицейского участка.
— ФБР… — пробормотала Мэгги вполголоса. — Что ж, это, пожалуй, первая хорошая новость.
Опустив телефонную трубку на рычаг, Энди посмотрел на Джона и нахмурился.
— О'кей, я проверил, — сказал он. — Ты слышал, Томас Митчелл все подтвердил, хотя, боюсь, он был немало озадачен моими вопросами. Да, недели полторы назад они с женой действительно едва не поссорились из-за волнистых попугайчиков. Еще за неделю до этого Саманта действительно порезалась осколком карманного зеркальца. Примерно в то же самое время у самого Митчелла состоялся крупный разговор с тестем. — Энди покачал головой. — Теперь бедняга точно решит, что полиция по какой-то причине поставила его на «прослушку».
— Я хочу поподробнее узнать насчет попугаев, — попытался отвлечь его Джон. — Почему они ссорились?
— Саманта Митчелл хотела завести пару волнистых попугайчиков, а муж возражал, потому что боялся аллергической реакции. Короче говоря, это могло оказаться вредно для младенца. Послушай, Джон…
— И кто победил?
— Саманта победила. Попугаи уже заказаны, на днях их должны были доставить… Черт побери, Джон, как ты обо всем этом узнал?
Джон ответил почти не раздумывая. Во-первых, объяснение могло быть только одно, а во-вторых, если кто-то из копов и был способен отнестись к способностям Мэгги спокойно, то только Энди.
— Мэгги сказала, — ответил он. — Она ходила по дому Митчеллов и говорила все это и другие вещи.
— Например? — не моргнув глазом поинтересовался Энди.
— Например, она сказала, что чаще всего Митчеллы занимались сексом в солярии и на диванчике перед камином.
— Значит, она все-таки эспер, — покачал головой Энди. — Я давно это подозревал.
— Я все еще не убежден до конца, — сказал Джон, — но должен признать: то, чему я сам стал свидетелем, выглядело весьма достоверно. Когда она вошла в игровую комнату, я был от нее на расстоянии вытянутой руки, не больше. И я готов поклясться, что она что-то почувствовала. Когда это налетело на нее, она едва не упала. К счастью, я успел ее поддержать. Потом Мэгги сказала, что, судя по ее ощущениям, это был именно Окулист. Во всяком случае, он схватил ее именно так, как рассказывали другие пострадавшие.
— Господи Иисусе! — Энди внезапно побледнел. — Если она это почувствовала, значит, она способна чувствовать и все остальное! Я давно знал, что Мэгги — очень сильный человек, но не представлял насколько!
Джон пристально разглядывал его.
— Похоже, у тебя нет никаких сомнений, что все это — правда, — проговорил он медленно. — Иными словами, Мэгги действительно способна почувствовать… или увидеть то, о чем она говорила?
— Именно. — Энди набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул. — Я тебя понимаю, Джон. Многие не верят, что такое возможно, — даже, те, кто видел, как она работает.
— А ты? Ты веришь?
Энди покачал головой.
— Пожалуй, я должен рассказать тебе кое-что. Примерно два года назад у нас был один случай, который поначалу казался достаточно простым. Девочка-подросток убежала из дома. В наши дни это не редкость. Дело попало ко мне только потому, что ее родители были не последними людьми в городе. Начальник полиции распорядился, чтобы поисками пятнадцатилетней соплячки занимались лучшие детективы.
Для таких случаев существует отработанная процедура. Для начала мы опросили несколько десятков друзей и подруг девочки, пытаясь установить, как и когда она могла удрать из дома. Как, когда и почему… Мэгги тоже при этом присутствовала, — так захотел лейтенант, — но никаких вопросов не задавала, только слушала. Когда все подростки были допрошены, мы по-прежнему не имели никакого представления о том, где может быть эта девчонка. Больше того, все — решительно все! — указывало на то, что она просто-напросто собрала свои вещички и отправилась путешествовать по стране. Даже эксперт-психолог считала, что это более чем вероятно…
— Что же оказалось? — с интересом спросил Джон.
— После допросов Мэгги попросила позволения походить по дому, где жила девочка, и по двору вокруг него. К этому моменту криминалистическая бригада уже осмотрела дом, и я не особенно надеялся, что Мэгги сможет заметить что-то такое, что мы упустили. — Энди усмехнулся.