— Да, эксперты сумели получить два довольно отчетливых отпечатка. К счастью, когда Митчелл получил эту бумажку, с ним в доме был один из наших людей, так что с письмом обращались по всем правилам. Мы уже проверяем отпечатки, но результатов пока нет. Впрочем, мы только начали.
Джон еще раз осмотрел записку с обеих сторон и передал Мэгги.
— Интересно, он дурак или просто любитель? — проворчал он.
— Да, — согласился Энди. — Это как раз и есть часть проблемы, которую мы хотели бы обсудить. Митчелл, разумеется, готов заплатить этот так называемый выкуп, но у нас возникли кое-какие вопросы. Я уверен — вы знаете какие.
— Почему похититель потребовал у Митчелла такую смехотворно малую сумму и почему оставил отпечатки пальцев? — проговорил Джон задумчиво. — На Окулиста это не похоже. Автор записки явно человек не очень осторожный и абсолютно некомпетентный. Такой вряд ли мог отключить сложную сигнализацию в доме Митчеллов и выкрасть Саманту, не оставив практически никаких следов. — Он посмотрел на Энди. — Ну как? Гожусь я в детективы?
— Годишься. — Энди кивнул. — Примерно о том же подумали и мы.
Мэгги бросила пакет с письмом на стол.
— Но ведь это не все? — спросила она.
Энди снова кивнул.
— Есть одно «но». На письме есть следы крови, которая совпадает по группе с кровью Саманты Митчелл. Можно, конечно, попытаться провести сравнительный анализ ДНК, но на это потребуются недели. Я лично считаю, что ситуация разрешится гораздо раньше.
— А как попала к Митчеллу эта записка? — поинтересовался Джон.
— Ее сунули в почтовый ящик. Там она и лежала вместе с обычной ежедневной почтой. Разумеется, почтальон клянется, что не видел никакой записки. Соседи, правда, утверждают, что, кроме него, никто к почтовому ящику не подходил, но я склонен ему верить. Этот парень работает в местном почтовом отделении уже пятнадцать лет и за все время не пропустил без уважительной причины ни одного дня.
Джон задумался.
— Значит, соседи никого подозрительного не видели… — пробормотал он. — А как насчет журналистов? Я уверен, что один-два папарацци все еще дежурят у дома Митчеллов.
Энди улыбнулся.
— Целый десяток. Когда там появились мои парни, они даже попытались взять у них интервью вместо того, чтобы самим отвечать на вопросы. Но для нас важнее то, что папарацци дежурят как раз у начала подъездной дорожки, а почтовый ящик стоит недалеко оттуда. Любой человек с фотоаппаратом на шее мог, не привлекая к себе внимания, подойти и сунуть в ящик записку.
Мэгги беспокойно завозилась в кресле.
— Послушай, Энди, неужели ты действительно веришь, что кто-то похитил Саманту Митчелл, чтобы получить за нее выкуп? — спросила она.
— Не особенно. — Энди покачал головой. — Конечно, в жизни и не такое бывает. Случается, люди выигрывают в лотерею, но я что-то ни одного такого человека не знаю. Почерк, Мэгги, почерк преступника… Он слишком похож на почерк Окулиста, а я почему-то уверен, что на деньги этому парню в высшей степени плевать.
— Мы со Скоттом согласны с Энди, — вставила до сих пор молчавшая Дженнифер. — Саманту, несомненно, похитил Окулист, а он вряд ли заинтересован в том, чтобы полиция получила его отпечатки пальцев. Так что вопрос, в сущности, стоит следующим образом: кто написал эту записку и зачем?
— Это может быть просто идиотская шутка, — сказал Джон, скрипнув зубами. — Кроме того, записку мог написать человек, который что-то знает об Окулисте, хотя я лично в это не верю. Скорее всего, кто-то просто решил погреть руки на исчезновении Саманты — срубить по-легкому лишнюю сотню тысяч, ничем особенно не рискуя. Энди поморщился:
— Эта последняя версия представляется наиболее вероятной. Ничего не поделаешь: свободное предпринимательство и инициатива — основа основ нашего общества!
— А как же кровь? — напомнил Джон.
Скотт пожал плечами:
— Шантажист мог просто уколоть себе палец булавкой, чтобы письмо произвело более сильное впечатление. Группы крови случайно совпали. Кстати, у Саманты была первая группа, самая распространенная на Североамериканском континенте. В целом, если не учитывать, как ловко он подсунул письмо в ящик, этот парень не производит впечатление особенно умного.
— Есть и еще одна возможность, — вставила Мэгги, ни на кого не глядя. — Человек, приславший письмо, мог найти тело Саманты. Тогда это ее кровь.
Энди пристально посмотрел на нее.
— Ты все еще думаешь, что она мертва?
— Да, — без тени сомнения ответила Мэгги.
Джон, внимательно за ней наблюдавший, почувствовал, как у него по спине побежал холодок. Мэгги не просто думала, что Саманта Митчелл мертва. Она это знала.
— Поехали скорей, пока кому-нибудь из этих парней не пришло в голову повнимательней взглянуть на мои документы, — сказала Кендра, садясь на пассажирское сиденье и снимая с шеи ремешок фотоаппарата. Фотоаппарат она убрала в футляр и с наслаждением потянулась.
Квентин тронул машину с места, медленно выезжая со стоянки, расположенной в четверти квартала от особняка Митчеллов.
— Вообще-то эти удостоверения способны выдержать более серьезную проверку, чем простое разглядывание, — заметил он.
— Все равно я не вижу причин и дальше испытывать судьбу, — возразила Кендра.
— О'кей, будь по-твоему. Ну и как — удалось что-нибудь узнать?
— Сначала репортеры почти поверили, что это обычное похищение с целью выкупа, но то ли статьи об Окулисте лучше оплачиваются, то ли кто-то из них дал себе труд пошевелить мозгами… Словом, сейчас они почти уверены, что письмо — это просто попытка подзаработать на исчезновении.