- Спасибо... непременно. Я лучше так что-нибудь переведу.
- Не поверят...
- Когда речь идет о вас, господин Сфорца... - Это еще покойная Габриэла как-то говорила, только не мне, не при мне, и думая, что меня там нет - мол, все коллеги Франческо двадцать лет не в состоянии определиться, идиот он, просто издевается, или сразу и идиот, и издевается. Тоже мне, загадка. Ответ-то не то что дикобразу, детенышу дикобраза очевиден.
- Если вы и на заседании будете так себя вести, вам и говорить ничего подобного не придется. - Ах, ну надо же. - Представителю сразу двух общественных организаций следует быть элегантным и изысканным.
- Представителю этих двух организаций положены канистра яда и распылитель.
- Насчет одной вы сильно заблуждаетесь. Извинитесь перед мистером Флюэлленом, болван.
Перед Эулалио извиняться бесполезно. Он спит. Повесил пиджак на плечики, лег, укрылся пледом и уснул. И будет спать до самого прилета, наверное. Домашнее задание сделано, беспокоиться не о чем. Не спал бы, дал бы совет на предмет выбора яда и конструкции распылителя. Он здесь наверняка по той же причине, что и сам Алваро. Потому что им во Флориде оставаться нельзя, опасно. Или уж если оставаться, то на дне и очень глубоко в тине. Директора школы Совет не испугается, а вот их двоих, скорее всего, очень. В случае Эулалио это даже правильно. Если на заседании что-то пойдет не так, их, останься они во Флоресте, попытаются убить сразу - и могут этим спровоцировать что угодно.
Я агент. Агент разумной части Сообщества... о Господи, то ли срочно прочитать что-нибудь, то ли не надо - я загадочный неразговорчивый агент, намеков не понимаю, сам всех презираю. Я умное слово знаю - аффилиат, но это же, вроде бы не то. Ладно, все равно любую ошибку уже сочтут намеком, провокацией или дезинформацией. И будут убирать, если что. Выдирать, как коренной зуб, с корнями. Без заморозки. Бррр... и не спросишь, за что. Сам согласился. Что я сделал, чтобы быть убитым? Да ничего. Зато сколько уже всего сочинили... я - легенда. Во всех смыслах. Вымышленная личность. Персонаж. А в школе сейчас библиотечный час, между прочим. А у меня реферат не переписан, надо было взять с собой... как прилетели? Как три четверти перелета проспал? Правду индейцы говорят - белые люди из-за большой воды ходят в мире мертвых и повелевают железными вещами. И микроорганизмами.
Тоже железными. Потому что никакой живой микроорганизм такого не перенесет. Сдохнет.
Город... странный. Первый европейский город, который попался в руки живьем, и он странный. Он и должен бы, наверное, быть другим, но этот уж как-то совсем другой. Разве что рыжие черепичные крыши немножко похожи. Но дома здесь красят в светлые, яркие цвета - иногда полосками, вертикально. И по многим просто видно, что они старые. А некоторые совсем старые. Во Флориде таких старых и нет... а вон то серое на холме - это амфитеатр. Ромский. С еще тех времен, когда Лион был столицей Трех Галлий. Еще до того, как рухнула империя, до королевства Арелат и, конечно, до объединения. От больших улиц отходят лабиринты малых, очень узких и кривых, как дома - вернее, как дома в трущобных кварталах. Но здесь не трущобы, здесь все каменное и светлое. И старое. Все, кроме блестящей ленты монорельса и странных стоек внизу. Там, зацепившись рогами за металлическую раму, стоят велосипеды.
- Это городские, - пояснила Джастина. - Полчаса бесплатно, потом какая-то мелочь. Я не знаю сколько - в центре за полчаса можно доехать куда угодно. Старый город маленький.
Она здесь ездит на велосипеде. На городском. А охрана как? Тоже? Вот это зрелище.
Вид сверху проспал, обидно. Лион стоит на реке, соединен мостами, должно быть, красиво - но сейчас ничего не разглядишь, а завтра будет не до того. Хотя с башни Совета должно быть видно все в округе. И башню отовсюду видно - словно из граненого хрусталя... не будем развивать мысль, что именно. Символ плодородия. Раза в четыре повыше нашего флоридского, и побольше в диаметре. Да, оттуда, наверное, Альбу видно...
Кортеж движется довольно неспешно, по всем правилам - спереди и сзади охрана, - а потому можно смотреть по сторонам. Наверное, тут есть и окружная дорога, но через город много интереснее. А потом - не в гостиницу, а в особняк в близком пригороде. У каждого порядочного феодала должны быть замки в Орлеане, Лионе и Роме, пошутил Франческо.
- Да, - кивнул Эулалио. - Это создает ощущение общности пространства. И не только ощущение.
Франческо морщится. Уже и не поиронизируешь. Что ни скажешь, все правда.