Они шли медленно к своему дому. Жак отдыхал после такого эмоционального дня и думал о Саманте, какая она сообразительная не по своему возрасту, не любопытная, но любознательная в меру, как она понимает его не с полуслова, а буквально мысленно. «Интересно, кем она будет, когда вырастет и окончит образование? По какому пути пойдёт, что ожидает её во взрослой жизни? Дай Бог, чтобы всё у неё сложилось гладко, без ощутимых проблем».
А Саманта шла рядом с отцом и думала: «Какой замечательный у меня папа! Работая астрофизиком, он бы мог рассказать много интересного о Космосе и о Вселенной такого, что никто больше не расскажет. Но в последнее время он больше молчит и ни слова не говорит о том, что открыл там, значит, это тайна, которую никак нельзя пока разглашать. Он доверил мне на сохранение какие-то данные, которые принадлежат только его открытию и ему. Я ничего не буду у него расспрашивать об этом, придёт время – сам всё расскажет, а не захочет – из него ни единого слова не вытянешь. Такой вот у меня папа».
Так незаметно они подошли к дому. Линда стояла на трассе и поджидала их с нетерпением.
– Куда это вы пропали? Я все глаза проглядела, вас поджидая.
– А мы решили прогуляться на свежем воздухе и отдохнуть от повседневных хлопот, – ответила Саманта.
– Почему меня не взяли с собой, заговорщики? Мне что, отдых не нужен от повседневных домашних хлопот? – с упрёком спросила Линда.
– Извини, дорогая, но так уж получилось сегодня – экспромтом, – ответил Жак. – Не сердись, в следующий раз непременно возьмём.
– Когда он будет, этот «следующий раз»? Я всегда у вас на последнем месте, как настоящая прислуга и домработница…
– Мама, ты – наша кормилица, поилица и хранительница семейного очага! – сказала Саманта и обняла мать.
– Подхалимка ты ужасная, как и твой отец. Ну, вся в него пошла.
– Я не виновата, что гены так передались…
– А волосы у Саманты в тебя, – поддержал отец дочку и обнял их, сразу двоих.
– Ты уроки сделала? Ночь на носу.
– Да, сразу, как из школы пришла, а потом за Ником сходила, с ним на улице погуляли, – спокойно ответила Саманта.
– Ну, ни к чему не придерёшься, на всё ответы есть, – сказала Линда и направилась в дом.
– Вот такая у нас дочь растёт, – подвёл итог Жак, следуя за Линдой, а Саманта замыкала шествие.
– Я пойду в свою комнату. Доброй ночи, мама и папа, – сказала Саманта и уединилась в своей комнате.
– А я пойду чуть-чуть поработаю – на работе одна суета и беготня, никакой сосредоточенности нет, – сказал Жак и направился в свой кабинет.
– Мне осталось только посмотреть концерт группы «Квин», – заключила Линда.
– Не думал, что ты поклонница рока, – подметил муж…
Саманта усиленно молилась за Ника. Ей очень хотелось, чтобы произошло маленькое чудо, и Ник поправился. Она тихо плакала, и пот выступал на её детском лбу. Ни один её сверстник или взрослый человек не молился так, как она. Прошло всего два дня, и результата было рано ожидать – Саманта это понимала и готова была продолжать молитвы до тех пор, пока Бог не подаст какой-либо знак или не произойдёт малое, но явное улучшение в здоровье Ника. Больше всего она не хотела, чтобы её мать узнала об этом, однако Линда была в курсе этого, просто вида не подавала…
Жак привычно сел за рабочее место, и внутренний голос подсказал ему, что сегодня не нужно связываться со спутниками Пентагона, надо выждать два-три дня, посмотреть на ту реакцию, которая могла бы произойти, если обнаружится, что он, рядовой сотрудник NASA, может иметь доступ к Пентагону. Поэтому Жак решил довольствоваться «своим» спутником.
Картинка на мониторе компьютера была не такая чёткая, как вчера, но телеметрия шла устойчивая. За последние девяносто шесть часов практически ничего не изменилось, только «луч» продолжал всё также мигать, флуктуация за эти четверо суток составила не более одной тысячной процента, а амплитуда мигания – от абсолютного нуля до величины на десять порядков выше фонового. Жак даже не стал сохранять запись наблюдения, просто выключил компьютер и отправился спать.
Линда была уже в постели, телевизор и свет выключены. Жак тихонько разделся и аккуратно лёг.
– Что ты так рано сегодня? – поинтересовалась жена.
– А что, разве концерт «Квин» уже закончился? Сколько же времени? – спросил Жак саркастично.
– Не язви, – ответила Линда. – Вон Саманта всё ещё молится, а ты уже закончил? Рановато…
– Саманта у нас молодец, она знает, что делает, и молчит. Ты её не останавливай, пожалуйста! – попросил Жак.
– Она знает, что делает, и молчит, ты знаешь, что делаешь, и молчишь, одна я ничего не знаю и говорю…