— Вы её воспитатель? — осенило Вира. — Скажите, насколько можно доверять её обещаниям?
Сегерик усмехнулся.
— Если демон что-то обещает, он всегда держит данное слово. Другое дело, что мы стараемся и себя не забыть, и очень внимательно надо прислушиваться к нашим обещаниям… чтобы действительно получить желаемое. А иначе нас бы просто заездили разного рода проходимцы, молодые люди! С нашим могуществом и привычкой выполнять взятые на себя обязательства… Волей-неволей приходится как-то компенсировать.
— О да, «бедные» демоны… — скептически хмыкнул под нос Вирлисс.
— Вас чем-то обидела Ариэлла? — участливо полюбопытствовал старичок.
Вир поднялся.
— Простите. Вероятно, мы уже злоупотребляем вашей вежливостью, — очаровательно улыбнулся вампир, отвесив Сегерику изысканнейший поклон. — Эт, имей совесть, расстанься, наконец, с телескопом… Мы и так слишком долго отрывали господина мага от работы, докучая своими вопросами.
— Вы уже уходите?
— Да, Вирлисс прав, — Эет, смущённо улыбаясь, тоже встал. — Нам действительно пора. Позвольте поблагодарить вас…
— Не за что, не за что, — не дал договорить Эету старик, добродушно посмеиваясь. — Мне было воистину приятно с вами познакомиться…
— Можно мне потом ещё к вам прийти? Очень бы хотелось воспользоваться вашим разрешением посмотреть библиотеку.
— В любое время, молодой человек, в любое время, — Сегерик невольно улыбнулся, глядя, как Вирлисс чуть не силком тащит своего друга к двери.
Внезапно в дверном проёме возникла изящная фигурка с распахнутыми крыльями — и Ариэлла, в брючном костюме из мягкой замши, вбежала в комнату. Девушка просто сияла, ничего не замечая вокруг. С радостным визгом она бросилась старику на шею.
— Папа! Я от Вельзерена! Владыка в восторге от моей идеи! Он рассчитывает на меня!..
Вирлисс и Эет, с вытянувшимися лицами, так и застыли на пороге.
Сегерик поднялся.
— Ариэлла, — вздохнул он. — Когда же наконец, дочь моя, вы научитесь обращать внимание хоть на что-то, кроме себя?
Баронесса обернулась — и радостно взмахнула ресницами, увидев своих гостей.
— Вы уже познакомились? Прекрасно! Я рассчитывала представить вас папе во время официального обеда, но так даже лучше. Мальчики! Я счастлива вам сообщить, что Вельзерен одобрил наш план, и теперь…
— Кстати, об этом, — Эет, на миг потупившись, чуть кашлянул. — Мы… Я решил, что, коль скоро вы обязаны нам сотней демонов — причём лучших демонов, прекрасно вышколенных, как вы обещали, сударыня…
— Ну да, так и что же? — притопнув, нахмурилась Ариэлла.
— Не стану лицемерить и скажу прямо, — призвав всю свою волю, Эет посмотрел девушке в глаза и отрезал: — Сделки не будет. С сотней демонов мы решим все свои проблемы самостоятельно. Прошу вас выполнить своё обещание, и мы расстанемся друзьями.
— А… — Ариэлла приоткрыла рот, не находя слов. Потом, всплеснув руками, обернулась на отца.
Тот стоял и молчал. Только в уголках губ таилась улыбка.
— Как это? — баронесса встряхнула головой. — Но вы же не можете… Ведь… вы же обещали, в конце концов!
В этот момент она выглядела совсем юной и совсем беспомощной. Эету невольно пришло в голову, что, возможно, девица их ровесница, если не моложе.
— Простите, это вы обещали, — усмехнулся Эет, скрестив на груди руки. — Обещали нам сотню демонов за вполне определённые условия. Мы свои обязательства выполнили.
— Это нечестно! — Ариэлла снова топнула, но в голосе её прозвенели слёзы. — Папа!..
— Век живи, век учись, — посмеиваясь, хозяин замка отвернулся к своему телескопу. — Демонам, оказывается, есть чему поучиться у немёртвых.
Эет закусил губы. Вирлисс вспыхнул — и опустил взгляд.
— Да что же это?… — девушка, уже не таясь, смахивала с длинных ресниц прозрачные капли — а они всё наворачивались и наворачивались, и уже текли по щекам. — Я же… Я же обещала Владыке… Какой ужас… — Голос её дрожал и прерывался. — Да что я вам… сделала?…
— Я не раз тебе говорил, что твоя невоздержанность до добра не доведёт, — негромко произнёс Сегерик. — Вельзерену сама объяснишь, как ты провалила всю сделку.
— Но, господа… — Ариэлла, заломив руки, обернулась к Эету и Вирлиссу. — Это же… чёрт со мной… с моей карьерой… но ведь это же шанс! Это шанс для нашего Владыки… для всего Невенара, поймите же! Пусть призрачный… Освободить Владыку… Снять проклятие… Вдруг в вашем мире… — она моргала, глядя на их каменные лица, губы её дрожали, и слёзы катились по щекам.
Минута тишины… Вторая…
— Ну и чёрт с вами! — крикнула Ариэлла, сверкнув глазами. — Сидите в своём Храме, как сычи!.. Забирайте вашу сотню демонов — отец выдаст! — и убирайтесь отсюда!..
И она стремглав выбежала из комнаты.
— Эет! — Вирлисс резко обернулся к хранителю Храма.
Лич искусал губы в кровь.
— Хорошо, — выдавил, наконец, из себя он. — Я… Давайте обсудим условия нашего сотрудничества.
Сегерик кивнул всё с той же терпеливой и приветливой улыбкой.
— Не стану мешать, — быстро выдохнул Вир — и со скоростью болида вылетел из комнаты.
Когда через час Эет поднялся к спальне Ариэллы, из-за двери всё ещё неслись приглушённые всхлипывания, и негромкий голос его друга говорил что-то успокаивающее. Лич осторожно приоткрыл дверь и увидел, что Вир и Ариэлла сидят на полу, он нежно и ласково, как старший брат, обнимает её вздрагивающие плечи и гладит капризные чёрные кудри, а она рыдает, уткнувшись в рубашку у него на груди.
Когда Вирлисс поднял голову, Эет увидел, что Ариэлла расцарапала тому всё лицо.
Глава 8
Находка
Таривил
Таривил сидел на площадке перед портиком и, обхватив колени руками, смотрел, как зажигаются в синем вечернем небе звёзды. Далеко внизу простирался лес — притихший под тяжёлым одеялом набрякшего от воды снега. Ропот прибоя в скалах звучал едва слышно.
За спиной ждал полный света и тепла Верхний храм — единственная искорка на тысячи миль вокруг — но эльф, дрожа на пронизывающем ветру, не отрывал взгляда от неба.
Юноша ни за что не признался бы себе, что ему жутко.
Жутко вернуться в абсолютно пустые коридоры, бродить меж роскошными фресками и изысканно отделанными дверями — и слышать лишь эхо собственных шагов.
Умом Таривил понимал, что бояться нечего — да и кого бояться хищной нежити? И тем не менее тёмный, иррациональный страх заполнял всё его существо. Страх самой тишины — тишины гробницы.
Юноша сидел у себя в спальне, когда почувствовал магический всплеск от портала, и понял, что Господин с божественным тариллином оставили Храм.
Тут же всё бесконечное безмолвие пустого здания оглушило эльфа — и он бросился прочь из комнаты.
Сюда, на крыльцо.
О Гвариан, легче терпеть соседство с немёртвыми, чем одиночество в брошенном здании…
Он разбил филактерию Господина!
От этой мысли юноша застыл, словно превратился в ледяную статую.
Они могут не вернуться….
Они никогда не сталкивались с демонами — и ушли к демонам!
О Гвариан, а если Эет и Вирлисс не вернутся?…
Он сам себя наказал… Потому что никуда не сможет уйти из этого жуткого места. Господин велел охранять Храм.
Таривил уткнулся лицом в колени и разрыдался…
Прошло много часов, прежде чем эльф сумел заставить себя войти обратно под своды святилища.
Мортис смотрела с фрески, словно живая.
Таривил судорожно вздохнул.
Этот взгляд богини, полный заботы, успокаивал и изумлял. Ведь ещё вчера она смотрела иначе, совсем иначе! И не было этой девчоночьей улыбки в уголках губ…
Таривил подошёл к фреске и вновь скользнул по ней пальцами. О Гвариан, в картине куда больше волшебства, чем он предполагал… Хотя никакой магии не чувствовалось, но не видеть эту магию было невозможно. Фреска менялась!
Эльф неуверенно улыбнулся — ей. Хотя и чувствовал себя немного глупо: ну разве можно улыбаться настенным росписям, пусть и магическим? Ведь картина — всего лишь краска на камнях, да немного волшебства. И иллюзия присутствия — не более чем иллюзия…