Вирлисс широко ухмыльнулся — от уха до уха.
— Нет, он весь в этом! Лич, одно слово. Ему Скидбладнир испытать хотелось…
— Хотелось, — не стал спорить Эет. — А тебе что, не хочется? Как ты в Асгард собираешься попасть?
Вир только усмехнулся — и зевнул, прикрыв рот ладонью.
— Прокатиться вечером по морю, говоришь?… Ладно. Прокатимся. А сейчас…
В двери постучали.
Друзья переглянулись. Эет вопросительно вскинул брови, но Вир только пожал плечами на этот безмолвный вопрос.
— Кто там? — крикнул он.
— Можно войти? — осведомился из коридора голос Ариэллы.
«Опаньки! — послал Эет Вирлиссу весёлую мысль. — А мы сегодня ещё радовались, что Ариэлла путешествует без свиты!»
«Ну вот, только соберёшься поспать!» — с шутливым отчаянием закатил глаза Вир.
— Входи, Рири, — разрешил он.
— Вир, Эет не у те?… — стремительно распахнув дверь, начала Ариэлла — и осеклась. — Эет!
— Добрый день, госпожа баронесса, — поднялся Эет навстречу девушке. — Рад приветствовать на Атариде дочь своего союзника. Вы выглядите… — юноша на долю секунды запнулся и, справившись с замешательством, закончил: — ….очень необычно.
В самом деле, всегда столь элегантная и сексуальная, сегодня суккуб не походила сама на себя. Прежде всего, на ней болтался какой-то тёмный мешковатый свитер, полностью скрывающий фигуру и с воротом под самое горло, а стройные ножки прятались под безразмерными штанами из грубой материи, в которые можно было бы запихнуть ещё пять девиц стройности Ариэллы. Складки этих штанов падали на грубые болотные сапоги.
И даже позолоту с кончиков рожек баронесса убрала — Эет только догадываться мог, каких усилий это стоило девчонке, ведь Рири, даже маскируясь под простолюдинку, предпочитала прятать золотые инкрустации причёской.
— Эет, я хочу с вами поговорить! — с порога выпалила она, даже не ответив на приветствие и тем более не поинтересовавшись здоровьем Вира. В голосе Ариэллы звенели слёзы.
— Что случилось? — Эет не на шутку встревожился. — Рири, с вами всё в порядке?
— Нет! — крикнула она, падая на ближайший стул и закрывая лицо руками. — Эт, я от папы сбежала… — голос её срывался. — Умоляю, не говорите ему, что я у вас была. Я в отчаянии! Пожалуйста, отговорите его!
Эет и Вирлисс переглянулись.
— Я не совсем понимаю… — в замешательстве пробормотал лич.
— А я совсем не понимаю! — резким тоном оборвал рыдания гостьи Вирлисс. — Ариэлла, прекрати орошать солёной водой мой ковёр и скажи толком, что произошло. И мы сможем спокойно всё обсудить.
Демонесса несколько раз глубоко, прерывисто вздохнула, пытаясь справиться с рыданиями. Слипшиеся от слёз ресницы торчали острыми стрелочками.
— Жарко… как жарко у вас… — прошептала она.
— Ты свитер сними, — посоветовал Вир. — Станет полегче. Ага.
Рири, ни слова не говоря, расстегнула на боках практически невидимые замки-молнии и осторожно высвободила свои роскошные крылья из отделившейся спинки, а потом резким движением стащила свитер через голову.
— Вот, значит, какой у вас фасончик для закрытой одежды, — хмыкнул Вир, обнажив в улыбке клыки. — Впечатляет. Ну что, полегче стало? Ты что, до телепорта бежала, что ли — такая вся взмыленная?
Ариэлла, оставшаяся в одном чёрном шёлковом топике с открытой спиной, попыталась сдуть со лба прилипшую прядь.
— Бежала, да, — чуть ли не с вызовом объявила она. — Папа был бы вне себя, если бы узнал, что я удрала. Поэтому я не могла уйти через телепорт из замка, он бы почувствовал. И если бы одежду подходящую материализовала, тоже почувствовал бы. Пришлось переодеваться и рвать из города, чтобы незаметно создать портал. А за городским периметром температура… твоё счастье, что не знаешь, какая!
— Именно поэтому ты напялила свитер? — Вирлисс откровенно ржал — правда, не зло. Он подначивал Ариэллу. — Кстати, брючки в подмышках не жмут, нет?
— Надела, что под рукой было! — взвилась она.
— Ну-ка, хватит, — прервал этот содержательный диалог Эет. — Я наконец услышу от вас, госпожа баронесса, что случилось между вами и вашим батюшкой и при чём тут я?
Рири решительно сжала губы.
— Эт, поймите меня правильно. Дом Сегерика крайне заинтересован в союзе с Атаридой, в прочном и долгом. И дело не только в выходе на Землю. Вы очень нравитесь моему отцу — он считает вас здравомыслящим молодым человеком и талантливым государем. Он пытался разными способами поставить Атариду в зависимость от Пятого круга Ада, которым правит… И все его попытки потерпели фиаско, что ещё повысило к вам уважение батюшки, Эт. И расположение. Что называется, простую человеческую симпатию, — Ариэлла криво усмехнулась. — Теперь он считает, что идеальным укреплением союза между нашими державами является брак. Между мной и вами, — Ариэлла длинно всхлипнула. — Моё мнение не учитывается, а ваше… Сегодня вечером на Атариду прибудет посланник батюшки, предупредить, что Сегерик явится к вам с визитом завтра, во второй половине дня. Эет, — Рири подняла на огорошенного юношу полные мольбы глаза. — Пожалуйста… Откажитесь! Я понимаю, политика и всё такое… Наверное, Атарида тоже заинтересована в хороших отношениях с домом Сегерика, но…
Эет молчал, уставившись на баронессу. Только моргал.
— Эт, — рассмеялся Вир. — Без тебя тебя женили, вот здорово! Мои поздравления.
Юноша развернулся, слепо добрёл до полки, снял оттуда кувшин вина и, плеснув в чистый бокал, выпил залпом.
— Роскошно… — только и вымолвил он. — Вас, Рири, значит, посадили до свадьбы под замок, а меня собираются поставить перед фактом…
— Нет! — Ариэлла отчаянно замотала головой. — У вас-то есть выбор, Эет! Правда, отказ может оскор… сильно задеть моего отца, — поникла Ариэлла. — Как политик, вы, наверное…
— А что, Рири, тебе не нравится Эт? — шутливо подмигнул Вирлисс. — Ты же, помнится, чуть не силой его в спальню затащила. А что теперь?
Ариэлла насупилась, и, встав, прошлась по комнате.
— Вирлисс, я суккуб, — мрачно ответила она. — Я не могу любить одного мужчину — и я прямо об этом говорю. Я не смогу хранить верность — между тем, государыня обязана верностью мужу, для ясности в престолонаследии. Словом… Эт, я ничего не имею против вас лично, мы хорошие друзья… я надеюсь… Но, став мужем и женой, мы испортим друг другу жизнь. Вот видите, я откровенно признаюсь вам. Потому что я не люблю врать. Кажется, я ещё в ваш первый визит в замок сказала, что почти никогда не вру… хотя вы, по-моему, не поверили… — баронесса отвернулась, печально глядя в сторону. И обречённо махнула рукой: — Решайте.
Эет вздохнул и устало взлохматил волосы. Ситуация складывалась крайне неприятная. С одной стороны, он ни в коей мере не собирался обзаводиться второй женой, да ещё и против её воли. С другой — оскорбить Сегерика, сильного союзника, на помощь которого он рассчитывал в розысках Скипетра Творения…
Чёрт возьми, может, наконец настал тот самый момент? Момент предложить Сегерику проект, от которого герцог, как верный подданный Преисподней, не сможет отказаться? Перед важностью которого померкнут все личные обиды? Да и на что, строго говоря, обижаться правителю Пятого круга? Разве меж ними была договорённость? Государь Атариды не давал никаких обещаний ни самому Сегерику, ни его дочери. Если же события начнут разворачиваться по худшему сценарию, если Сегерик обидится, то для розысков Скипетра Творения останется одна-единственная поддержка: Ариэлла. Баронесса состоит при дворе Вельзерена и имеет там определённый вес…
Эет слегка улыбнулся.
— Рири, не волнуйтесь. Я обещался другой женщине и не нарушу своё слово. Правда, меня несколько удивляет позиция вашего батюшки. Он не казался мне тираном.
Ариэлла усмехнулась уголком рта.
— Эт, вы тоже не тиран, но ведь возражений не потерпите, когда речь заходит о политике. О благе государства. Или я ошибаюсь?
— Вира насильно женить я не буду, — покачал головой Эет. — Личные и государственные дела путать слишком утомительно. Хотите вина, Рири?
— Не откажусь… Ах, если бы всё было так просто! К сожалению, государи часто сами не всегда могут чётко сказать, где заканчивается их личная жизнь и начинается политика…