— О том, что парень когда-то пообщался лично с кем-то из богов, и тот поставил на его душу соответствующую печать, — спокойно заметил бургомистр. — И его аура, а также внешность всего лишь иллюзия или же созданная под выполнение разовой миссии наиболее подходящая телесная оболочка.
— Вот и я так считаю, — хмыкнул тысячник городской стражи. — И даже проверил догадку, пообщавшись с теми, кто его привёл в наш город. Он совсем не тот, за кого себя выдавал. Личные враги Содара хорошо знали о его слабостях, подсунув ему подходящую приманку. Тот и сам не заметил, когда ловушка захлопнулась. Зато мы теперь можем вздохнуть с большим облегчением. Одной неприкасаемой тварью в нашем окружении стало меньше.
— Значит, его венец теперь искать совершенно бесполезно, — на лице бургомистра отобразилась недовольная гримаса, всё же предложенные кое-кем особенно заинтересованным за тот предмет и кое-что ещё деньги он бы хотел положить в свой карман.
А деньги там… годовой бюджет города будет скуднее. Многих Содар крепко держал компроматом, и теперь они хотят удостовериться, что угроза разоблачения окончательно миновала.
— Искать мы обязаны, но я не стану выделять под это дело людей. Всё равно убийца уже покинул город. Я даже не определил, как он это проделал, след теряется в таверне наёмников, а ссориться с гильдией и трясти с пристрастием уважаемых людей выйдет слишком накладно. Внесём его слепок ауры и внешность в общий розыскной лист и назначим хорошую награду. Квадов десять, можно даже двадцать, всё равно не нам платить. Зато к нам как со стороны владетеля, так и со стороны теневых никаких претензий, — мудрый тысячник умел с честью выходить даже из тупиковых ситуаций, куда порой толкал его долг вопреки здравому смыслу. — Только вставим на всякий случай «дурную пометку». Если тот парень случайно где-то всплывёт и кого-то из охотников за головами отправит вслед за богами, мы окажемся совершенно не причём.
— Я всегда удивлялся твоей находчивости, Рив, — бургомистр особым жестом поднял бокал, показывая расположение стражнику, не первое столетие избавляющего его лично и его маленький городок от многих проблем.
Шестая глава. Опасный преступник.
За двое суток без остановок можно далеко убежать. Иногда мне приходилось сходить с дороги, дабы обойти по лесу замеченные караваны, пару раз группки лесных ящеров пытались попробовать меня на зубок, заодно проверив остроту магического меча на своих шкурах. Теперь они больше не опасные противники, а обычное ходячее мясо. И плевать, сколько их сбилось в стаю — моей злости хватит на всех.
Разрубив выскочившего на меня ящера-доминанта на две половинки, решил устроить привал, найдя вполне подходящую поляну с небольшим чистым ручейком в стороне от дороги. Крупных ящеров поблизости точно нет, бывший хозяин лесной территории станет моим ужином. Но его пахучие метки ещё свежие, потому другие хищники сюда точно не сунутся. Разве только какие шальные людишки со стороны дороги пожалуют, если совсем уж не дружат с головой. Здесь не принято интересоваться у отдыхающих на лоне природы путников, куда они путь-дорожку держат. Вот в придорожной таверне подойти можно, если сильно захочется объединить караваны. К тому же я людей издалека засеку даже во сне. Мясо убитого ящера достаточно жесткое и не очень-то вкусное. Как обычно сильно воняет мочой. Мариновать его некогда и не в чем, а соль и специи позволяют не сильно морщиться, тщательно пережевывая хорошенько пропёкшиеся и местами подгоревшие куски. Надеялся найти в крупной туше деликатесную вырезку, да обломался. Стоит записать данную разновидность в категорию потенциально бесперспективных рептилий. То есть вполне съедобных, только без удовольствия. Разве только с большой голодухи. Набитый мясом желудок недвусмысленно намекает на желательность принятия горизонтального положения вместе с закрытием глаз. Прислушался к его мнению, мгновенно проваливаясь в сон. И мне даже приснились смутные обрывки чужой памяти. Совсем короткие и малопонятные. А, может это был просто сон? Узнаю позже по характерным проявлениям странного узнавания чего-то нового.