— Местная элита, — прокомментировал Лок, отметив, куда я пристально смотрю. — Спрячь взгляд, ты их нервируешь, — приказал он мне.
Теперь мы говорили на «Общем» языке. После инцидента с отравителями, я перестал изображать совсем уж тупого горца, выучив язык за время нашего путешествия. Но сам говорил мало и с сильным акцентом, часто путая отдельные слова и ошибочно строя предложения.
— Могут напасть? — Я сильно изумился поступившему приказу.
— Это вряд ли, — сотник усмехнулся. — Мы гораздо опаснее их и они это прекрасно видят. Вот закидать дерьмом издалека запросто постараются. Типа это их территория.
— А откуда они это дерьмо-то возьмут? — Я искренне изумился. — Прямо на месте и произведут?
— Откуда-то возьмут, ты не сомневайся, — хохотнул сотник. — Здесь все буквально в дерьме и живут. Если кто предложит тебе местный хмельной напиток пятерь — не вздумай его пить.
— Из него делают? — Я быстро догадался, что к чему.
— Естественно, — Лок картинно фыркнул.
— М-да… — только и выдохнул я, ещё раз бросив взгляд в сторону медленно удаляющейся группки аборигенов. — Я плохо понимаю, почему городские власти такое безобразие терпят. Ты же раньше рассказывал, что это очень богатый торговый город.
— Богатый — так и есть, — сотник привычно огляделся по сторонам, после чего внимательно взглянул на меня. — Городской верхушке важна общая численность жителей, — начал он пояснять. — Какие-то там древние законы, связанные с обороной окраин Империи. Действуют до сих пор. По ним все периферийные города должны поддерживать строго определённый мобилизационный потенциал, дабы в случае опасности сдержать нападение внешних врагов до подхода основных сил из ядра… — он о чём-то призадумался, а я тем временем пытался сообразить, против кого нужны столь серьёзные приготовления.
С кем здешнему народу вообще воевать? С расплодившимися дикарями? Хм, скорее всего опасность грозит со стороны очередных пришельцев из других миров. Заявится сюда какая-то цивилизация типа хищных карликов и начнёт отвоёвывать у аборигенов жизненное пространство. Периферийные города будут обречены, но дадут время подготовиться к войне имперскому ядру. Тогда всё выглядит вполне логично.
— Ещё было что-то связанное с отношениями земельных владельцев, кому из них больше положено чего-то там, я не особо интересовался, — снова заговорил сотник, наконец-то вынырнув из раздумий. — Так вот они и поддерживают нужную численность за счёт этих человеческих отбросов. Город выделяет им какое-то содержание на еду, они практически ничего не делают и только плодятся. В богатую часть города их не пускает стража, но здесь они полновластные хозяева.
Тем временем мы за разговором уже проехали трущобы и встали перед закрытыми внутренними городскими воротами в ажурной железной арке над дорогой. Здесь чувствовалась утончённая красота работы, а не грубая массивность, как у внешних ворот. И тут каменные стены отсутствовали, вместо них разрослись плотные колючие кусты высотой в четыре моих роста с множеством белых соцветий, местами сменившихся завязями первых ягод. Красиво и практично, заодно запах цветов подавляет стойкое амбре от жителей трущоб. А колючки этих кустов ядовитые, их даже всеядные ящеры щипать избегают, потому через такую преграду пролезть почти невозможно. Сотник Лок ловко спрыгнул с телеги, направившись к дежурному наряду стражи у ворот. Его сразу узнали, открыв перед нами дорогу без лишних разговоров. Хорошо состоять на хорошем счету в гильдии наёмников.
Внутренняя часть города утопала в зелёных насаждениях. Аккуратно подстриженные кусты, цветущие плодовые деревья и просто красиво висящие на растяжках над дорогой лианы с крупными цветками. Запах стоял просто умопомрачительный. Вокруг пахучих цветов часто махая крылышками, юрко порхали мелкие пташки, типа земных колибри. В темноте же вылетят крупные мотыльки и другие опылители. К вечеру и запах цветов соответственно поменяется, став менее резким и сильным. Примерно как было в лесу.
Поехав квартал по основной дороге, мы свернули на боковую улицу к постоялым дворам. Длинные двухэтажные строения с белыми отштукатуренными стенами здесь располагались один за другим. Мы свернули к четвёртому, самому крайнему на этой улице.
— Разгружаемся! — Приказал Лок шедшим за телегой бойцам и мне, нагло устроившемуся сверху.
Стоило нам поскидывать с телеги наши пожитки, как со стороны постоялого двора за телегой пришла тройка опрятных ребятишек в хорошей одежде. У одного чуть постарше остальных на голове был венец. Они перекинулись парой слов с сотником и увели нашего ящера под уздцы вместе с телегой в обратном нашему прибытию направлении.