«Покиньте меня!» — приказал голос.
Ему не пришлось просить дважды.
Даниэль так и не узнал, что Эдуардо приносил в подвал каждые несколько дней, но вонь усиливалась. Даниэль предупредил шефа, что кто-нибудь может позвонить в полицию.
«Он защищает дом, — устало ответил Эдуардо. — Неужели ты не понимаешь, что запах чувствуется, только когда ты открываешь дверь в подвал? То же самое и с криками. Никто не слышит их за пределами дома».
Даниэль прекрасно знал, что имелось в виду. Он не раз слышал вопли Эдуардо, Эвана да и свои собственные.
Теперь, когда его светлость мог обращаться к ним непосредственно, его власть над Эваном и Даниэлем усилилась. Однажды, когда Даниэля отправили выполнять какое-то поручение — в этот момент он находился в нескольких милях от дома, — он попробовал сбежать, но очень скоро ощутил неведомое прежде воздействие. Казалось, все клетки его тела намагнитились и притягиваются к его светлости. Даниэль ничего не мог поделать, и пришлось вернуться.
Он заплатил суровую цену за свой эксперимент. В течение трех дней он был не в силах подняться с постели.
Теперь он вспоминал о своей попытке вырваться и о том, как сам лишил себя свободы — даже в тюрьме оставалась возможность побега. Эдуардо выбрал единственный путь к спасению.
Даниэлю никак не удавалось забыть ту ночь, когда собака убила Эдуардо. Ее появление застало Эвана и Даниэля врасплох, но теперь он думал, что Эдуардо знал о ее существовании с самого начала.
Его светлость был ими недоволен, когда они вернулись и доложили о том, что произошло. Впрочем, Даниэль не знал, как они могли что-то изменить.
Он и сейчас не знал, что можно сделать — если забыть о возможной гибели в схватке с собакой, — чтобы освободиться от службы у его светлости.
Никто не мог помочь ему, хотя Даниэль страстно желал этого. Чуть раньше он заметил какого-то человека, стоящего рядом с подъездной дорожкой. Незнакомец курил сигарету, и Даниэлю вдруг нестерпимо захотелось, чтобы кто-нибудь — кто угодно — почувствовал идущий из подвала смрадный запах. Или увидел проклятых насекомых, спешащих к ведущей туда лестнице.
Но в следующее мгновение человек исчез. «Возможно, мне это только показалось», — подумал Даниэль.
Поздно ночью голос хозяина призвал его и приказал открыть заднюю дверь.
В подвал устремились пауки.
ГЛАВА 37
Через пять дней после своего появления Ребекка объявила, что поселится в «семейном доме». Брэд устроил ей разнос — ведь Ребекка прекрасно знала, что дом принадлежит Аманде, — даже потребовал, чтобы его сестра извинилась и попросила у Аманды разрешения перебраться туда. Но Аманда не допустила очередной ссоры и сказала, что ей самой необходимо заглянуть домой и она с радостью будет сопровождать Ребекку.
Аманда рассказала об этом Тайлеру. Увидев, что его возражения не производят никакого эффекта, он сказал:
— Ладно, тогда Алекс отвезет вас.
— Ребекка захочет ехать на своей машине.
— Отлично. Алекс доставит тебя домой, она поедет вслед за Ребеккой.
— Я хочу взять автомобиль в аренду, — сказала девушка после некоторых колебаний.
— Ты в любое время можешь воспользоваться «Купером» или фургоном.
— И отправиться куда-то в одиночку?
Тайлер ответил сразу, и Аманде показалось, что она рассердила его. Впрочем, она не нашла на его лице никаких следов неудовольствия.
— Если ты вспомнишь, через какие мучения прошел Брэд, то не станешь возражать, когда я попрошу тебя не покидать дом в одиночку до тех пор, пока мы не выясним больше о тех, кто на нас охотится. Впрочем, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь как в тюрьме. И приношу самые глубокие извинения, если ты мечтаешь поскорее сбежать от меня.
— Сбежать от тебя! Честно говоря, именно ты в последнее время мастерски сбегал.
— Если ты имеешь в виду то, что меня часто не бывало дома, я должен признать, что это правда. А причины тебе хорошо известны.
Аманда тяжело вздохнула. Почему она жалуется? Тайлер помогает умирающим людям, он их единственное связующее звено с родными и друзьями. Неужели ее интересы важнее?
В последнее время Аманда постоянно размышляла о том, какое место она занимает в жизни Тайлера. Хотя он отсутствовал почти весь день и не возвращался домой до позднего вечера, Аманда продолжала спать в его постели, а он охранял ее сон. Дважды они менялись местами — после трудной работы у него начиналась лихорадка, и Аманда не позволяла ему спать на полу. Она старалась облегчить его страдания, но болезнь исчезала примерно через час. Тайлер говорил, что последние приступы были совсем слабыми.