Эмин как губка впитывал знания, постигал все практические навыки спецназа и фактически становился элитой боевиков.
И вот он в Англии, где продолжал оттачивать боевые искусства и навыки. Его небольшая группа специализировалась именно на этом. Другая же, по соседству, концентрировалась на идеологической и психологической подготовке путем углубленного изучения Корана и усвоения исламских догм.
Одни станут командирами боевиков, другие вербовщиками, замаскированными под сотрудников некоммерческих организаций и бизнесменов.
Всего лишь месяц оставался до окончания учебы и Абу попался на глаза Коран. Он прочитал некоторые заповеди и сомнения возникли в его смятенной душе. Он задал вопросы своим учителям и ответы не удовлетворили его. Талантливый и способный к самостоятельному мышлению ученик не принял размытых ответов про убийство неверных детей. Ребенок, пусть и другой веры, не может быть предметом насилия.
Эмин вспомнил первый день в этом лагере. Подъём в шесть утра, молитва и завтрак. С 9 утра и до 5 вечера — занятия по боевой подготовке. Ничего нового и особенного.
И вот его последний день, скоро его казнят, как изменника веры. Казнят на виду у всех и в назидание всем.
Но Абу Эмин не отчаивался в своей уверенности правильного трактования Корана и считал, что именно он попадет в райские места Аллаха, а не его учителя, попирающие и искажающие святые догмы.
Абу готовился принять смерть достойно, но словно кто-то подхватил его, разорвал веревки и приподнял над уже собравшимися для казни людьми метров на пять-шесть, раздвинул плечи и осветил небесным сиянием.
Люди, увидев висящего в воздухе и освещенного сиянием Абу, в страхе и благоговении пали ниц. Сам же Эмин возрадовался, ибо считал, что сам пророк Мохаммед забирает его на небеса в царствие Аллаха.
Он молчал, но изнутри его шел громоподобный голос:
— Люди, устами Абу с вами говорю я, пророк Мохаммед. Вы осквернили Коран и мои послания, ибо говорил я — не убий не отнявшего душу и не творящего нечисть. Вы осквернили джихад меча, запрещающего убивать женщин, детей и стариков. Да покарает вас Аллах моими руками.
Из рук Абу вырвались молнии и пронзили насквозь склоненных ниц учителей, а сам он медленно опустился на землю и уже в обычном человеческом обличье произнес:
— Пророк Мохаммед, да благословит его Аллах, велел мне идти в люди и рассказывать об истинной вере. А вам он поручает донести до всех, рассказать и поведать, как он наказывает предающих и искажающих его заповеди. Встаньте люди и идите с миром, а пораженные его молнией неверные пусть останутся без погребения и сдохнут собаками. Таково слово Мохаммеда, пророка Аллаха.
Абу Эмин ушел, а его соратники в лагере все еще оставались в ужасе и смятении. Не у кого спросить — все их учителя, которым верили беспрекословно, оказались неверными и убитыми самим пророком. До сих пор в ушах стоял громоподобный голос Мохаммеда: "Вы осквернили Коран и мои послания, ибо говорил я — не убий не отнявшего душу и не творящего нечисть. Вы осквернили джихад меча, запрещающего убивать женщин, детей и стариков".
Сорок человек разошлись в разные стороны, неся с собой слово пророка. Двадцать человек осталось лежать на земле, зияя огромными сквозными обожженными ранами Предавшим Аллаха даже в земле нет места.
Пресса запестрела событиями и предположениями массового убийства. Шутка ли — двадцать погибших сразу. Но позднее все успокоилось — экспертиза достоверно установила, что причиной смерти является молния. Откуда она взялась, как это случилось, полицейские Англии так и не установили. Смерть от несчастного случая пытались было расследовать ученые, но и они не выявили источника могущественного электричества.
Пресса и результаты экспертизы лишь подтверждали слова очевидцев, произносимые в мусульманском мире и не желавших расспросов неверных.
Руководители исламских радикалов пребывали в панике. Миллионы готовящихся боевиков по всему миру тысячами резали своих преподавателей. Особенно ярко резня проявлялась в женских лагерях, где готовили шахидок. Понимая, что за совершенные взрывы ни одна из избранных не попала в рай, и принимает вечные муки в геенне огненной, женщины в лагерях с остервенением кромсали своих наставников.
Необходимо срочно признать ошибки, совершенные, естественно, другими лицами, менять тактику и стратегию борьбы. Уже никто не помышлял о взрывах в торговых центрах, поездах и других массовых скоплениях людей. Ибо там могут погибнуть невинные дети, за которых до сих пор еще режут наставников ученики и ученицы.
Высокое руководство исламских радикалов, оставшееся в живых, благодарило и молилось Аллаху с особым усердием, ибо считало себя праведными в связи с сохраненной жизнью. Не помышляло о раскаянии в совершенных деяниях и готовило новую священную войну, увязывая факты последних событий.
Даже пакистанская разведка ISI, самая мощная и наиболее активно действующая в исламском мире, уверовала в слова пророка Мохаммеда, говорившего устами Абу Эммина. Волна терроризма, ранее захлестывающая мир, скатилась до минимума и на время прекратилась вообще.
Столько лет малоэффективной борьбы с терроризмом спецслужб всего мира. А надо было-то всего лишь приподнять, осветить и сказать несколько слов через мегафон. Не выдумать, а произнести часть посланий пророка Мохаммеда, которые открыли глаза неведающим и одурманенным ложью людям. Посланник улыбнулся… Но ведь об этом не знает никто.
LIX глава
Руководители государств Европы, Азии, Африки, Австралии и частично Америки особо не задумывались над последними заявлениями России. Конечно, их беспокоила данная ситуация, но не так остро, как США. Потому и не так остро, что считали в сокровенных своих мыслях, что именно Штаты должны разрубить завязанный на их шеях узел.
На Капитолийском холме жили и работали в обычном режиме, не показывая внешней обеспокоенности. Лишь в Лэнгли необъявленный аврал имел место. Но там умели лучше держать удар и пытались трезво оценить ситуацию, не ища виноватых. Случилось то, что случилось.
Каждое небольшое подразделение направляло выше стоявшему вытяжку совещательных мыслей. Глава ЦРУ, Джон Бреннан, собрал на совещание руководителей пяти управлений — управление внешней разведки, управления внешней контрразведки, управление технических служб, управление анализа информации по СНГ, управление научных исследований в области вооружений. Никто толковых мыслей не высказал. После некоторой заминки, видимо сомневаясь в чем-то, повторно слово взял руководитель внешней разведки Джон Беннет.
— Господин директор, около года назад мы получили сообщение от источника в России о том, что там разработан новый танк, неуязвимый для орудий любого калибра. Первые успешные испытания танка прошли под Иркутском.
Чуть позднее получено сообщение о том, что к разработке нового неуязвимого танка в России вероятнее всего причастен генерал-майор войск связи Михайлов Николай Петрович, воинскую часть которого внезапно перебросили в Иркутск из-под Хабаровска.
На тот период времени открытыми оставались два вопроса: неуязвимый танк, разработчик неизвестен — прикрытие войска связи (Михайлов Н. П.). Новое оружие, блокирующее всю электронику противника (системы наведения ракет, радары, связь и т. д.). Разработчик Михайлов Н. П. — прикрытие новый танк.
После последних слов, Джон Бреннан, уже готовый прервать очередной бред, весь напрягся вниманием. Докладчик, отпив глоток воды, продолжил:
— Агентуре в России даны указания о проверке указанной информации и сбору сведений. Рекомендовано выйти на Михайлова Н. П. с целью его возможной вербовки, а в случае неудачи уничтожить, предварительно допросив с использованием сыворотки правды.
Разведчики, задействованные в операции, считали, что ФСБ проводится отвлекающая операция, сил и средств для производства брони в данном месте нет. Но, поскольку задание получено, приступили к его выполнению. Очень скоро в центр поступила информация, что генерал Михайлов Н. П. похищен нашим человеком, находится в польском консульстве и в ближайшие часы диппочтой направится заграницу, то есть к нам. После этого связь оборвалась, наш человек арестован, а некоторые польские дипломаты высланы из России.