Анализируя имеющуюся информацию, мы пришли к выводу об изначальности дезинформации. Исходили из следующего: первое — информация поступила от завербованной проститутки, которая при интимном общению получила данные о танке от солдата, непосредственно участвующего в испытаниях. Солдат рассказал, что расстреливаемый в упор танк остался неповрежденным. Вполне возможно и логично — создается крепкая броня, потом изобретается снаряд, пробивающий ее, и все идет по новому кругу. И самое фантастичное, что этот танк может выдержать прямое попадание атомной бомбы. Это, естественно, полная чушь — танк просто расплавится и испарится. Второе — под Иркутском нет необходимой базы для этого. Ни научной, ни технической. Есть ракетная часть, связь, авиация, но никаких танков. Проститутка, ее вербовщик, как и вся цепочка задействованных лиц, вскоре были арестованы. Воинскую часть связи перевели обратно под Хабаровск. Поэтому мы пришли к выводу о грубой подставке ФСБ, на которую мы клюнули. Ненадежность первоисточника, отсутствие на месте научной и технической базы — вот основные моменты нашего решения.
Анализируя сейчас эту информацию, я обратил внимание на следующие ключевые слова источников — "новое оружие, блокирующее всю электронику противника (системы наведения ракет, радары, связь и т. д.). Разработчик Михайлов Н. П. — прикрытие новый танк". И еще один момент, мельком проскользнувший в сообщениях, на который мы тогда вообще не обратили внимания, считая это своеобразной игрой российской контрразведки. В последнем сообщении нашего агента из польского консульства говорилось, что генерал Михайлов не тот генерал-связист, что их двое и они полные однофамильцы.
Исходя из этой информации, господин директор, можно предположить, что генерал Михайлов может иметь отношение к создавшейся ситуации. Слишком много тайн вокруг этого генерала и даже действующий двойник. Мы проверили — генералов действительно два. Один сейчас уехал к себе под Хабаровск, другой остался в Иркутске и получил очередное звание генерал-лейтенанта и звезду героя России. Это вообще последняя информация, полученная из России, сейчас там, как вы знаете, агентуры нет. Что делает генерал в Иркутске, не являясь командиром ни одной известной нам воинской части? Мы предполагаем, что он руководит новым и сверхсекретным НИИ или КБ, а очередное звание и высшую награду получил как раз за изобретение системы блокировки нашего оружия.
Джон Бреннан смотрел на докладывающего начальника управления внешней разведки и на сердце постепенно теплело. Пусть и не объяснил он создавшейся ситуации по блокировки оружия, но дал задел новой линии размышления. От абстракции перешел хоть к какой-то конкретике и есть от чего оттолкнуться, что анализировать, создавая ответные контрмеры. Может и не прав он, но другой версии нет. "Технари" и управление научных исследований вообще молчат.
— Хорошо, все сказанное очень важно, — как бы подвел итог Бреннан. — Если нет других предложений и версий, поручаю управлению внешней разведки разработать и осуществить операцию по выявлению и уничтожению российской системы блокировки оружия. Другим управлениям и отделам продолжать плановую работу, оказывая всю полноту истребуемой помощи управлению внешней разведки для осуществления намеченной цели. На это обращаю особое внимание — помощь людьми, информацией, техническими средствами должна осуществляться незамедлительно, без волокиты и конкуренции приоритетов. Для нас сейчас это главнейшая задача, над решением которой работаем все. Иначе вообще не будет ни приоритетов, ни ЦРУ в целом. Надеюсь — это понятно и не обсуждаемо. План операции прошу представить…
— Он готов, господин директор. — Начальник управления протянул папку с документами.
И вновь Джон Бреннан удивился оперативности главного разведчика. Взяв план в руки, заметил маленькую строчку в самом низу — исполнитель: начальник отдела по бывшему Советскому Союзу и Восточной Европе. Волна доброжелательности сменилась тревожностью. "Эта хитрющая лиса Беннет вновь хочет уйти от ответственности. Исполнитель — начальник отдела, утверждает план он, директор. В случае провала операции все шишки свалятся не на начальника управления. Хитрющий лис, ох хитрющий".
Бреннан произнес уже более холодно, что не осталось незамеченным:
— Хорошо, Джон, оставьте, я изучу план подробнее. Все свободны.
Джон Беннет понимал Бреннана и лишь усмехнулся в тайне — не до того сейчас. Понимал, что план утвердят и надо срочно запускать его в работу, не ждать подписи на разрешающем работу документе. Понимал, что план рискованный, но другого нет. И не будет. Понимал, что при полном отсутствии агентурного сопровождения, его план — это единственная возможность реальных действий в России.
LX глава
Торги по земельному участку в Ольхонском районе срывались. По правилам аукциона требовалось хотя бы два участника торгов, но желающих не находилось, никто не хотел брать этот участок. Все хорошо знали — участок отличный, но затраты на подъезд к нему слишком большие. Все лето уйдет на вырубку скальной породы, загораживающей проезд к бухте. Вот если бы разрешили взорвать, тогда дело другое. Помог глава района, нашел участников аукциона, видимо, объясняя прямо — надо лишь поучаствовать. Главе отказывать не хотели — мало ли что. Цена, естественно, снизилась с первоначально-кадастровой на двадцать пять процентов. Но один из участников поднял ее, и Ирина понимала, что это тоже ход местной администрации. Цена устраивала и сделка состоялась.
Ирина решила приехать в Еланцы без предупреждения. Местные клерки не очень-то старались, и документы оказались неготовыми. Но, зная отношение главы администрации к Михайловой, решили не рисковать. Документы обещали подготовить на подпись через два часа.
— Да, не очень-то радушно здесь относятся к приезжим, — произнес мужчина, ни к кому не обращаясь конкретно. — Но вам все равно повезло, — обратился он уже к Ирине, — хоть через два часа будет что-то готово. А я съездил безрезультатно.
Ирина решила поддержать разговор.
— Вы что-то приобретаете или продаете?
— Нет, что вы — решил прозондировать почву о перспективе туризма, о создании или постройки базы отдыха на одном из местных заливов. Но понял, что некредитоспособен, — он улыбнулся. — Правда предложили должность управляющего на местной базе отдыха, но меня это не прельщает.
— Почему? — Заинтересовалась Ирина.
— Не по мне это, — мужчина даже поморщился немного, — сплошной примитивизм, никакой инициативы.
— Но, вы же были бы управляющим — вам и карты в руки, — возразила Ирина.
— Карты-то в руки, но, как я понял, никто денег на развитие не даст. Принцип простой и понятный — при малых затратах получать большие прибыли. И он действует, на удивление действует. Люди приезжают, пьют водку, танцы, песни и флирт — вот вся местная программа. Никакой изобретательности и организации отдыха. Нет — это не по мне.
Седовласый мужчина лет пятидесяти вызывал интерес своим мнением.
— А что бы могли предложить вы при возможности?
Ирина уже не скрывала своего интереса. Хотя ее вопросы можно было отнести и к разряду просто поддерживающих разговор — все равно два часа что-то делать надо, почему бы и не поговорить.
— Я бы предложил кофе выпить, у меня маршрутка через два часа и вам заняться, как я понял, особо нечем. Там и продолжим. Согласны?
Ирина пожала плечами. Мужчина с виду серьезный, говорил уверенно и без всякого намека на флирт или продолжение знакомства.
— Хорошо, хотя никогда не пила кофе в деревне, простите, в районном центре.
Они вышли на улицу, и Ирина все-таки решила не ходить в кафе.
— Давайте присядем здесь, — она мазнула пальцем по скамье, — даже чисто на удивление.
— Давайте присядем здесь, — не стал возражать мужчина.
— Так что предложили бы вы? — Повторили она свой вопрос.
— В зависимости от средств, естественно. Например, водные прогулки на велосипедах или катерах, небольшой экскурс в историю края, его достопримечательности, прогулки по живописным местам. Хотя, — он улыбнулся, — здесь все замечательно и живописно. Организовал бы что-то вроде подводного аппарата, своеобразный батискаф, позволяющий погрузиться на глубину нескольких метров. Пусть и небольшая глубина, но уверен, что подводный мир воочию стал бы гораздо приятнее любой пьянки и валяния на песке. Примерно так, девушка. Но это никому не нужно, — он вздохнул.