— Нет, не возражаю и вполне понимаю — я же бывший военный.
— Да, не скрою, я наводила о вас справки.
— И, судя потому, что вы позвонили — проверка прошла успешно, — как бы продолжил ее мысль Тихонов. — Тоже скрывать не стану — интересовался вами. Получил не со всем лестную характеристику от директора "Трэвэл-тур", но понял ее правильно. К сожалению, у меня нет бывших возможностей, довольствуюсь тем, что есть. Главное уяснить, что бывший директор наоборот своими нелепыми высказываниями дает о вас позитивный отзыв. Я вас слушаю, Ирина Петровна.
— Хорошо, перейдем к делу. Я приобрела в собственность небольшой участок земли на одном из байкальских заливов. Уже начала строительство дороги и самой базы отдыха Мне понравились ваши мысли об организации отдыха на Байкале. Мне скоро рожать, не хотелось бы оставлять все без присмотра, без достойного организатора и руководителя строительства. Пока строительства, а не базы отдыха. Я предлагаю вам, Савелий Егорович, стать директором моей фирмы ООО "Байкальский отдых". Какова ваша зарплата здесь?
— Немного, сорок пять тысяч рублей.
— Намного больше не предложу, сами понимаете — на прибыль еще выйти надо. Но пятьдесят тысяч считаю суммой реальной. Плюс автомобиль с шофером для поездок. Согласны?
— Так сразу… Не скрою, предполагал подобное именно от вас. Один вопрос, Ирина Петровна.
— Да, пожалуйста.
— Строительство… беременность… мне бы хотелось немного уверенности, что будущей базой отдыха тоже буду я командовать. Естественно в тактических, не стратегических вопросах.
— Понимаю вас, Савелий Егорович, мне тоже не интересен директор-однодневка.
— Тогда будем считать, что договорились. Я принимаю ваше предложение, Ирина Петровна, через две недели могу приступить к работе.
— Отлично, вот вам моя визитка с номером телефона. Юрист фирмы подъедет к вам и введет в курс дела. Пока и повозит вас вместо шофера. Будут вопросы, предложения — звоните, не стесняйтесь. Офиса пока нет, и не считаю необходимым иметь его на этапе строительства. При запуске базы отдыха, естественно, будет и даже два — на самой базе и в городе. Как вы считаете?
— Считаю, что вполне рентабельно, офис сейчас не нужен.
— Тогда всего доброго, Савелий Егорович, завтра к вам юрист подъедет, и все вопросы с ним подробнее обсудите. До свидания.
— До свидания, Ирина Петровна.
Дома Ирина решила посоветоваться с мужем.
— Знаешь, Коля, сегодня на работу взяла директора, этого Тихонова. Вроде бы все хорошо, но не лежит к нему душа, не лежит. Наверное, ошибку все-таки сделала, не стоило брать его. Вспоминаю своего бывшего начальника — там все понятно. А здесь ничего не понятно, нет видимого повода, а душа не принимает и все тут.
— Милая ты моя, — он обнял жену, — ты же не замуж его взяла. Лежит душа, не лежит — пусть работает хорошо, а остальное все утрясется со временем. Человек в разведке работал, многое понимает и знает.
— Тем более, Коля, — возразила Ирина, — разведчик должен быть коммуникабельным, доверие вызывать.
— А у тебя не вызывает?
— Не вызывает, — нахмурилась Ирина.
— Так отмени предложение о работе, еще не поздно.
— Нет, Коля, здесь другое. Я понять хочу: почему настрой к нему такой у меня беспочвенный. Вот и хочу эту почву найти или зарыть ее вовсе.
— Понимаешь, Ирина, иногда невозможно постигнуть какие-то порывы души сразу, понимание приходит позже, со временем. Скорее всего, на твоем восприятии отразился тот негатив, который витал тогда в воздухе. Я имею в виду вашу первую встречу, когда районная администрация не подготовила документы вовремя, и тебе пришлось ждать два часа. Вот эта не ощутимая раздражительность и перекинулась на него невидимым одеялом.
— Да, наверное, ты прав, Коля. Даже как-то легче после твоих слов стало и беспокойство ушло. А как мне с ним вести себя — можно приглашать иногда домой по работе, говорить, что ты генерал?
— Приглашать домой по работе, — он поднял палец вверх, акцентируя внимание на последнем слове, и улыбнулся, — можно. А в форме он и сам меня увидит когда-нибудь. Так что веди с ним себя естественно, без показухи закрытости. Будет лишнее любопытство, подумаем, как с ним быть дальше. Мне бы тоже, например, было интересно на его месте, чем занимается генерал — дивизией командует, армией или вопросами науки в обороне. Такого ответа вполне достаточно для удовлетворения любопытства, свойственного человеку. Тем более, что он бывший разведчик, знает, что можно спросить, а что нет. Так что не напрягай себя раньше времени. Может и это тоже подспудно сказалось на твоем отношении к нему.
— Ладно, Коля, хватит о нем. Ты лучше скажи — твое повышение отмечать будем?
— В семейном кругу отметим, папу с мамой пригласим, Фролова, естественно, Суманеева. Вот и все, в ближайшие выходные и соберемся. Родители еще не знают?
— Нет, не говорила, пусть сами увидят. Папа очень обрадуется — он тобой гордится
— А ты?
— А ты на комплименты нарываешься, Коленька. Ничего не поделаешь — заслужил. Я? А что я? Я вообще на седьмом небе. Главное — ты со мной, а все остальное приложения. Но это, черт побери, приятные приложения, милый.
Она улыбнулась и поцеловала его. Немного помолчав, продолжила:
— Папа все не нарадуется, спрашивает часто — как мне с тобой, не генеральские ли погоны полюбила? Знает же хорошо, что я тогда и не знала про погоны. Твердит другое — тогда, может быть, его богатство? Домина-то у него — и не видывали таких, не бывали. На другого бы обиделась, на папу не могу, улыбаюсь только. Знаю, что хочет он нам лишь счастья, беспокоится, вот и задает глупые вопросы от радости. Увидит тебя в новой форме — совсем от счастья свихнется, напьется вдрызг. Ты уж не обижайся на него, Коля, отец ведь.
— Ты к чему это все, Ирина, умная женщина, а вздор несешь? — Николай покачал головой.
— Не вздор, Коля, не вздор — высказаться захотелось. Так иногда бывает, женщине нужно от счастья поплакать.
— А-а, ну тогда ладно, повздыхай немного.
В субботу приехал Суманеев в форме. Посланник сам попросил, дескать, приедет тесть с тещей, им так будет приятнее. Родителей Ирины привезли чуть позже. Пусть увидят всех при параде — посчитал хозяин дома. Ирина знакомила его с гостями. Собственно с одним, Фролова он уже знал.
— Знакомься, папа, это Петр Степанович, начальник управления ФСБ.
— Малышев Петр Валерьевич, отец Ирины. Моя жена, Ольга Федоровна, мама.
Он немного растерялся — в гостиной сразу два генерала, а один вообще шишка. Шутка ли — начальник УФСБ. Фролова он знал уже и привык немного.
— А где Коля? — Спросил он у дочери.
— Сейчас, папа, он подойдет. Тоже форму одевает — торжество у нас небольшое.
— Почему заранее не сказали, — огорчился отец, — надо бы какой-то подарок привезти Что за торжество?
— Сейчас сам с мамой увидишь. А подарок — вы и есть наш самый лучший подарок Ты же знаешь, папа, у нас все есть.
— Глупая ты девчонка, — отмахнулся отец, — подарок не в цене, а во внимании, в уважении. Я, кстати, рыбки вяленой привез к пиву. Сам ловил, солил и вялил на балконе. Теперь с моторкой красота, в любом месте можно рыбу ловить. На нашем заливе, где Коля дом строит, вообще прелесть — других рыбаков в него не пускают. Объявили залив частной собственностью и закрытой зоной. Вы что с Колей, доченька, весь залив купили?
— Нет, Петр Валерьевич, залив они не купили. Мы решили объявить его закрытой зоной в целях безопасности вашего зятя и всей семьи, — пояснил Суманеев, — так нам спокойнее.
Вошел хозяин дома, Малышев оторопел немного.
— Это же надо, Оленька, зять-то какой у нас — герой, настоящий герой. И в звании повысили. Поздравляю, Коля, поздравляю! — Он пожал руку и обнял Николая. — Иди мать, обними зятя, такую награду зря не дают.
Пока жена обнимала и поздравляла зятя, Малышев разглядывал его и любовался. Потом спросил, словно отчитаться велел:
— Рассказывай за что героя дали?
— Так за геройство же дают, Петр Валерьевич, — решил отшутиться Николай.