Виценте, до сих пор молчавший, спросил:
— Пауло останется здесь навсегда?
Сделав неопределённый жест, наш инструктор заключил:
— Он скоро вернётся на Землю. Исмалия уже много раз просила и заступалась за него. Она не желает, чтобы он пришёл в полное сознание, чтобы почувствовал себя униженным присутствием своих собственных жертв. Одна из сестёр, которую он оклеветал, уже возвращается в мир воплощённых. И супруга Альфредо попросила ей принять Пауло своим сыном, как только будет возможно.
28
Светская жизнь
Наступил вечер. Меня привели в изумление возвышенные аспекты небесного свода Места Помощи. Всё было окутано светом сапфирной луны. Небо было похоже на бесконечное покрывало прозрачно-голубого цвета, усеянное блестящими звёздами. Дневные облака исчезли. Любуясь вечерней красотой, Альфредо заметил:
— К счастью, магнетические феномены далеки от нашего круга. Но аппаратура продолжает регистрировать великий конфликт с низшими силами.
В момент, когда я собирался сделать свой комментарий о красоте небесной, тихо прозвенел звонок. Кто-то стоял у входа. Альфредо и Исмалия улыбнулись, когда руководитель Места Помощи тихо произнёс:
— К нам друзья из «Кампо да Пас».
И, приглашая нас принять новых друзей, он весело добавил:
— Здесь у нас тоже есть своя светская жизнь. Почему мы должны быть лишены её? Надо уметь жить.
Обрадованный этой весёлой ноткой, я последовал за друзьями, с невыразимым изумлением глядя на красивую карету, которую тянули две грациозные белые лошади. Это была комфортабельная забавная карета, очень похожая на старинные публичные экипажи времён Людовика XV, которые я часто видел на старинных гравюрах. Внутри кареты находилась одна небольшая семья из самой близкой к нам колонии, которая, судя по тому, что сказал мне Альфредо, была в трёх лье от нашего Места Помощи.
Альфредо любезно представил нас всех, за исключением нашего координатора, который был старинным другом гостей. Это была супружеская пара Баселаров, которых сопровождали две молодые дамы. Руководитель группы казался рано повзрослевшим, но в прекрасной форме. Жена, казалось, была в полном своём расцвете, внешне очень деятельная, как и обе её дочки.
Была великая радость. Никакого формализма при встречах, как это случается на Земле. Жесты каждого, простота, естественные чувства, сердечные фразы всё это говорило об абсолютной искренности. Мы оставались в социальном кадре, недоступном для притворства. Возвращаясь внутрь дома, в самое сердце семейного торжества, я заметил, что вновь прибывшие были давними друзьями, они приехали на встречу с Исмалией. Она казалась мне очень счастливой. Исмалия разослала послания нескольким семьям Места Помощи и за несколько минут замок был полон людей, приехавших присоединиться к собранию.
Я чувствовал себя незначительным человеком рядом с новыми друзьями, которых я внимательно слушал и оглядывал.
В самом начале встречи я услышал, как Анисето спрашивал у господина Баселара:
— Как идёт работа?
— Хорошо, до сих пор хорошо. Но ты не можем посвящать много времени нашим воплощённым братьям. Необходимо учить служению, — ответил гость.
— Понимаю, понимаю. Кстати, человеческий прогресс — это вопрос не дней. Не будем строить иллюзий.
Заметив, что Виценте и я могли бы присоединиться к дискуссии, Анисето, указывая на нового гостя Альфредо, объяснил:
— Наш друг Баселар — руководитель Группы Помощи у наших воплощённых братьев. У него большой опыт в этой области, он знает людей как никто другой. Вы можете многому научиться у него.
— Не так уж и многому, друзья мои, — весело откликнулся господин Баселар, — не так уж и многому. Я — простой служитель, исполняющий свой долг по усилению божественного милосердия. Я не много могу делать из-за своих природных недостатков.
— Мы уверены в большой пользе ваших слов, — заметил Виценте, молчавший до сих пор.
— Всё, что вы нам скажете насчёт проблемы помощи, будет для нас ценным уроком, — сказал я в свою очередь.
Новый друг посмотрел на нас и спросил:
— Вы были врачами на Земле?
— Да, — хором ответили мы.
Подумав мгновение, господин Баселар заметил:
— Мне всегда нравилось дискутировать с друзьями, использующими профессиональные термины. Но что касается моей работы, то я мало что могу сказать действующим врачам.