Я заметил, как Фабио убрал руку со лба вдовы, и она задумалась, словно потеряла ход мыслей.
Невидимое собрание сильно разволновалось, и дети, в свою очередь, казалось, были под сильным впечатлением. Дона Изабела по-матерински взглянула на малышей и сказала:
— Ну а теперь, поговорим немного.
36
Мать и дети
В комментарии Евангелия я собрал интересные наблюдения. Как в возвышенной мелодии Исмалии, толкование Фабио было полно духовных чудес, которые превосходили возможность восприятия Доны Изабель. Вдова Изидоро, казалось, едва воспринимала небольшую часть их.
Таким же образом дети воспринимали урок в соответствии с материнскими медиумическими возможностями, тогда как мы имели право на всю красоту.
Всегда готовый помочь, инструктор объяснил нам:
Не удивляйтесь такому феномену. Каждый воспринимает духовный свет сообразно своим возможностям. Здесь собралось много наших спутников, которые восприняли послание Фабио труднее, чем дети. Они ещё испытывают большое ограничение.
Все собравшиеся здесь воплощённые были очень почтительны. Фабио Алето находился на более высоком месте, тогда как Изидоро нашёл место рядом с супругой в чувственном порыве отца, который нежно склоняется над любимыми детьми для волнующей беседы.
В это время маленькая Мариета, которой было около семи лет, воспользовалась моментом молчания перед очередным выступлением и спросила мать трогательным тоном:
— Мама, если Иисус такой хороший, то почему мы дома едим только раз в день? У Доны Фаусты едят дважды — в обед и в ужин. Нэли мне рассказывала, что когда был папа, мы тоже ели дважды в день. А теперь… Почему так?
Грустно улыбнувшись, Изабель ответила ей:
— Мариета, ты придаёшь слишком много внимания этому вопросу. Моя девочка, мы не должны подчинять все наши мысли нуждам желудка. Сколько времени, как мы едим один раз в день и прекрасно себя чувствуем? Сколько преимуществ у нас от такой умеренности в питании?
Джоанинья добавила:
— Мама права. Я уже видела многих людей, которые заболели от злоупотребления в еде.
— К тому же, — более уверенно продолжала Изабель, — вы должны быть уверены, что Иисус благословляет воду и хлеб всех тех, кто умеет благодарить за божественные дары. Это правда, Изидоро ушёл от нас, но самое необходимое у нас всегда было. У нас есть маленький домик, наш духовный союз, наши добрые друзья. Можете мне поверить, вам отец ещё работает для вас.
В этот момент дискуссии, получив эмоциональный заряд, Изидоро вытер глаза, наполнившиеся слезами.
Ноэми, самая младшая, произнесла детским голоском:
— Это правда! Я видела, как папа помогал нести пирожное, которое Дона Кора нам принесла в воскресенье.
— Я тоже это видела, Ноэми, — сказала Изабель, блеснув глазами, — папа продолжает помогать нам.
И, повернувшись к другим, добавила:
— Когда мы умеем любить и ждать, дети мои, мы не разлучаемся со своими любимыми существами, которые умирают во время своей физической жизни. Давайте верить в то, что Иисус нас защищает!..
Мариета, казалось, теперь и вовсе успокоилась:
— Мама, когда ты так говоришь, я чувствую, что это правда. Какой хороший Иисус! А если бы у нас не было нашей мамы? Я видела маленьких покинутых нищих. Возможно, им нечего есть, может, у них нет таких друзей как у нас! А! Как мы должны быть благодарны Небесам!..
Вдова, к которой возвращалась уверенность от этих слов, воскликнула с глубоким чувством:
— Очень хорошо, доченька! Мы не будем жаловаться, мы будем всегда славить Господа. Вероятно, ты бы не смогла понять этих вещей, если бы у нас был полон стол продуктов.
Но я заметил, что мальчик не разделял этой волны благословений. Между Изабель и её четырьмя дочками был постоянный обмен световыми вибрациями, словно они были объединены одним идеалом и одной мыслью; он же оставался духовно далёким от них, замкнутый в тёмном своём окружении. Время от времени он иронически улыбался, не чувствуя важности момента. Воспользовавшись более долгой паузой, он не очень почтительно спросил у матери: