Я подошёл к одной даме, глубоко разбитой, вспоминая при этом пример великодушной подруги из «Носсо Лара», понимая, что я должен прибегать не к энергии и твёрдости, а к нежности и пониманию.
— Сестра моя, — сказал я, пытаясь завоевать её доверие, — давайте приготовимся к приёму утешительных пассов.
— Ай! Ай! — вскричала она. — Я ничего не вижу! Я ничего не вижу! Ай! Трахома! Бедная я, бедная! А мне ещё говорят о смерти, о другой жизни… Как восстановить зрение? Я хочу видеть, хочу видеть!
— Успокойтесь, — стал утешать её я. — Доверяете ли вы Могуществу Иисуса? Он продолжает исцелять слепых, освещая им путь и направляя их шаги!
Позже я отдал себе отчёт, что в тот момент я забыл о своей болезненной любознательности, я думал только о впечатлении, оставленном трахомой на этом духовном организме. Я не тревожился о чисто научном выражении этого феномена, а видел перед собой просто страдающую и нуждающуюся в утешении сестру. По мере того, как я начинал соблюдать практику братской любви, особого рода свет начинал освещать и согревать мой лоб.
Вспоминая Божественное влияние Иисуса, я начал проводить облегчающие пассы на глаза бедной женщины, наблюдая за тем, как огромное тёмное пятно давило ей на лоб. Проговаривая ободрительные слова, и добавляя к ним самые свои лучшие намерения, я концентрировал свои магнетические возможности помощи на этой поражённой зоне. Несколько мгновений спустя раз воплощённая изумлённо вскричала:
— Я вижу! Боже правый! Я вижу!
Инстинктивно пав на колени, чтобы возблагодарить Бога, она взволнованно обратилась ко мне:
— Кто вы, Эмиссар Блага?
Я не мог сдержать глубокого волнения, которое захлестнуло меня. Доброта Всемогущего спутала все мои мысли. Кто я такой, чтобы исцелять эту женщину? Радость этого создания, освобождённого от тьмы, подтверждала то, чему я не хотел верить. Свет этого дара более чётко показывал тёмную глубину моего несовершенства. И в этот миг моё лицо залили слёзы, которые я не мог сдержать никакими силами своего сердца. Пока больная заливалась слезами благодарности и хвалы, меня охватили новые мысли. Меня поразило это событие.
Я хотел помочь следующему больному, но вдруг почувствовал, как меня охватило странное внутреннее ослепление.
Анисето тихо склонился надо мной и произнёс чуть слышно:
— Андрэ, чрезмерное созерцание результатов может навредить служителю. В таких случаях, как этот, в нас может проснуться гордыня и заставить забыть о Господе. Помните, что всё идёт от Него, который является Светом наших сердец. Мы — лишь Его инструменты на службе любви. Преданный служитель не тот, кто заботится о результатах, и не тот, кто предаётся экстазу, созерцая их, а тот, кто просто исполняет Божественную волю Господа и продолжает свою задачу.
Более значимыми эти слова и быть не могли. Великодушный ментор вернулся к своей работе, рядом с другими братьями, и после этого дружеского совета, я обратился к признательной даме:
— Друг мой, благодарите не меня, а Иисуса, я лишь Его простой и тёмный служитель. Не придавайте большого значения видению внешних аспектов; направьте силу видения внутрь себя, чтобы вы могли посвятить нашему Господу чистый дар зрения.
Я заметил, что мои слова поразили её, показавшись ей, возможно, несвоевременными и возвышенными в этот момент. Но, вновь уверенный в понимании своего долга, я уже шёл к следующему больному. Речь шла о бедном человеке, умершем от рака. Его лицо было ужасно. Пока я проводил над ним утешительные пассы, совместно с подбадривающими моими мыслями, я видел, как в его состоянии проявлялись симптомы заметного улучшения. Я пообещал ему дружеское внимание в спиритическом центре, где он получит духовное лечение, рекомендуя ему подготовить ментальную жизнь, чтобы своевременно получать от неё свои преимущества. Затем я занимался двумя бывшими больными туберкулёзом, дамой, которая умерла от злокачественной опухоли, и молодым парнем, умершим от операционного шока. Но никто из этих четырёх не проявил ни малейшего облегчения. Органические недомогания, а также психические феномены оставались прежними.
После того, как мне сказали, что моя задача закончена, я присоединился к нашему инструктору и Виценте, которые ждали меня в углу салона.
— Работа помощи, — объяснил Анисето, — происходит здесь так, как вы только что видели. Некоторые чувствуют себя исцелёнными, другие винят улучшения, но большинство из них, кажется, застывает в своём состоянии, непроницаемые для нашей помощи. Что должно нас интересовать, так это посев добра. Вызревание, развитие, цветение и плодоношение зависят от Господа.