– Я тебя не трону, – сказала я. – Обещаю.
Мама была в ужасе. Исходящие из нее звуки были дикими, и ее взгляд был тоже диким.
– Обещаю, – повторила я.
Джоан постучалась в двери. Это случилось быстрее, чем я ожидала.
– Сейчас войдет Джоан. Она тебя покормит. А ты ей позволишь, правда? Ты позволишь ей сделать то, что я не смогла.
Я как можно нежнее притронулась к маме. Она стерпела мое прикосновение. Ее кожа была холодная и шершавая. Она будто отслаивалась.
– Входи, – позвала я Джоан.
На секунду – когда Джоан поднесла первую ложку ко рту мамы – я засомневалась, что мама будет есть то, что она ей даст, но затем мама открыла рот – в подтверждение, что она поняла. По крайней мере я тогда так думала.
Когда все было кончено, Джоан ушла. Я взяла шерстяное одеяло с кушетки и взобралась на кровать, очень-очень осторожно. Мама всегда учила меня тише двигаться, мягче ходить, сдержанно разговаривать. Передвигаться по дому, не привлекая внимания.
Той ночью я была настолько тихой, что она и не знала, что я рядом.
Глава 12
К декабрю 1950 года Джоан не было уже больше восьми месяцев. Иногда я просыпалась по утрам с чувством, что она умерла. Без нее мир потерял свои краски. Время от времени я собиралась с силами и ходила на вечеринки, обедала с девочками, но все остальные дни просыпалась в обед и бродила по квартире до пяти, когда начинались мои любимые телешоу. Где-то раз в неделю, когда Сари слишком уж подозрительно на меня смотрела, я ходила в кино: «Мажестик», «Башня» – обычно на дневные сеансы. В прохладном зале я закрывала глаза и представляла себе, что в фильмах играет Джоан: общается с Патрицией Нил. Или как ее держит Хамфри Богарт.
Я уже начинала свыкаться с мыслью, что она никогда не вернется. Я перестала спать в ее одежде несколько месяцев назад. Начала видеть жизнь, будущее без Джоан и не знала, что меня ждет. Я не знала, как долго Фортиеры разрешат мне оставаться в Банке. Я не знала, куда пойду, когда придется покинуть пентхаус. Можно купить собственный дом. Я могла позволить себе целых три дома. Но зачем жить где-либо, где нет Джоан?
Сиэла умоляла меня выйти из дома накануне Нового года.
– Ты не можешь вечно сидеть взаперти, – сказала она. – Это ненормально. И это ведь лучшая ночь в году!
Я пожала плечами.
– Сесе! – Сиэла столкнула меня с дивана. Я сидела там почти весь день, летала где-то в космосе и листала старые выпуски журнала «Vogue». У меня не хватало концентрации, чтобы что-то читать. – Я настаиваю.
Вечеринка проходила в доме в Галвестоне. Пока мы ехали, я притворялась, что сплю, чтобы не пришлось разговаривать. Я открыла глаза, когда мы пересекли мост, ведущий на остров, в надежде, что мы уже проехали дом Фортиеров у океана. Но нет.
Я пожалела, что согласилась поехать, как только вышла из машины. Вся наша старая банда была там, и мне совсем не нравилось, как они на меня смотрят.
– Давно не виделись, – сказала Кенна.
И тут же Дарлин:
– Джоан еще не появлялась ни в каких фильмах?
– У нее больше шансов, чем у любой из нас, – выпалила я и обмотала шею своим меховым шарфом. Воздух стал достаточно холодным.
– Несомненно, – сказала Дарлин примиряющим тоном, чем лишь взбесила меня еще больше.
– Ну же, – сказала Сиэла, стрельнув в Дарлин взглядом, который я не должна была видеть. – Идем прогуляемся.
Я последовала за ней к пляжу. Я пила очень крепкий джин-тоник, в последнее время я очень много пила, в одиночестве, по ночам, поэтому не особо ощущала крепость напитка. Кучка парней курили сигареты возле костра; я узнала некоторых из них, но мне не было до них никакого дела.
– Есть зажигалка? – спросила Сиэла, и Денни, футболист с баками, наклонился и поджег ей сигарету.
Я стояла и слушала, как Сиэла флиртует и общается с поклонниками.
Я покачала головой, когда очередной парень подошел и предложил мне пиво. Я раздраженно подняла свой джин-тоник. Хотелось, чтобы весь мир оставил меня в покое. Но он не ушел, а просто стоял рядом и смотрел вдаль, на воду.
– Хорошо здесь, да?