В связи с изложенным, не считая себя врагом Советской России и желая принять посильное участие в новом ее строительстве, я ходатайствую (в порядке применения амнистии) о прекращении моего дела и об освобождении меня из заключения».
Прошение подано Бондариным во ВЦИК 22 июня 1923 года, он был в то время заключен в Красносибирский местзак.
Это примечание Вегменского и это прошение Бондарина Корнилов зачитал на следующем заседании комиссии и спросил: как думают товарищи Суриков и Кунафин, правильно ли поступил ВЦИК, удовлетворив прошение Бондарина?
Суриков и Кунафин одинаково нахмурились, одинаково помолчали. Суриков и Кунафин пожали плечами. Суриков строго сказал:
— Не запутывайте нас, товарищ Корнилов: ВЦИК и мы с товарищем Кунафиным – это совершенно разное! У ВЦИК своя роль, а у меня и у товарища Кунафина своя. Не запутывайте нас, товарищ Корнилов, мне кажется, вы умышленно нас хотите запутать.
Пожал плечами и Корнилов.
— Значит, товарищ Суриков и вы, товарищ Кунафин, не согласны с решением ВЦИК? Который вынес решение, учитывая заявление Бондарина, а именно его стремление работать на пользу Советской власти? Товарищ Вегменский, этому решению содействуя, привлек Бондарина к ответственной и нужной работе, а товарищи Суриков и Кунафин такой работе всячески препятствуют, то есть противодействуют решению ВЦИК!
Кунафин растерялся, заморгал.
— Продолжаете запутывать ясный вопрос, товарищ Корнилов, – подтвердил Суриков. – Я ничего другого от вас и не ждал. И вот спрашиваю вас: а чего вы хотите? Какого решения нашей комиссии? Внесите предложение.
— Решение может быть только таким: комиссия считает сотрудничество Вегменского и Бондарина в Крайплане плодотворным и соответствующим постановлению ВЦИК о помиловании Бондарина, поскольку в этом решении сказано: «Амнистировать, учитывая стремление работать на пользу советского народа».
— Вы так считаете? – спросил Сеня Суриков. – А ведь в постановлении ВЦИК ничего не сказано о допустимости сотрудничества между Бондариным и Вегменским.
— Логика это утверждает. Логика постановления!
— Логика? Подумать только, логика? Надо же!
— Но вы же не приводите ни одного примера отрицательных результатов сотрудничества Бондарина с Вегменским. Может быть, кто-то их имеет? Такие примеры? Может быть, товарищ Прохин их имеет? Давайте зайдем все трое в кабинет к товарищу Прохину и спросим его мнение на этот счет.
Тут Суриков потерял уверенность.
— Это не годится, – сказал он. – Это запутывает ясный вопрос. И ясную постановку вопроса.
— Если мы узнаем мнение руководителя нашего учреждения, в чем тут путаница?
— А во всем! – подтвердил Сеня. – Как есть во всем! Мы, комиссия, должны представить свое мнение товарищу Прохину, а не наоборот. Наоборот – это уже черт знает какая путаница! Может быть, даже политическая!
— «Свое мнение» – это все-таки чье же?
— Это мнение коллектива Крайплана, товарищ Корнилов!
— А Прохин – это не коллектив? Не член коллектива?
— Ну что же, давайте голосовать. Нас трое, вот и голосуем: кто за то, чтобы нам идти к Прохину, а кто чтобы не ходить? Давайте!
— Другой логики и доказательств у вас нет?
— Есть, товарищ Корнилов! – ответил Сеня, широко улыбаясь. – Сейчас вы увидите, услышите и убедитесь, товарищ Корнилов, что все это у нас есть! Читай, Кунафин! Читай главный документ, который ты мне вчера показывал. А вы, товарищ Корнилов, внимательно слушайте. Сосредоточьтесь и слушайте...
Кунафин встал, широким жестом развернул небольшой листок бумаги.
— «Характеристика, – прочел он, – на Бондарина Георгия Васильевича.
Бондарин Г. В., бывший генерал, 1875 года рождения, пролетарского происхождения (сын сельского кузнеца). Принимал активное участие в борьбе против Советской власти во время гражданской войны (1917 – 1922), затем добровольно предался военному трибуналу 5-й армии красных при вступлении ее во Владивосток и подвергся аресту и следствию.
22 июня 1923 года подал прошение о помиловании во ВЦИК.
ВЦИК в порядке амнистии прошение удовлетворил, дело было прекращено, и Бондарин, как специалист, был направлен в краевую Плановую комиссию, где он и работает по настоящее время в качестве старшего референта и члена Президиума с окладом 300 рублей.
Обладая обширными знаниями и высокой работоспособностью, Бондарин Г. В. консультирует секции торгово-промышленную и транспортную, а также является составителем ежемесячных конъюнктурных обзоров по рынкам Сибири и заграницы.