Снова шорох у самой двери. Жига замер. Каждую секунду он ждал, выстрела. Надо было покаяться в грехах, но вместо грехов, как нарочно, вспоминалась загубленная пятерка. Томительно тянулись мгновения. Выстрела все не было.
– Кто там есть? – спросил, наконец, Жига и не узнал своего голоса.
Надо бы достать револьвер, но он не решался. Куда стрелять, городовой все равно не видел и в то же время почти физически ощущал на себе взгляды многих глаз со всех сторон.
Превозмогая страх, Жига направился к выходу, но тут случилось невероятное. Как только он подошел к двери, в лицо ему ударило что-то жидкое и словно обожгло. От неожиданности и со страху ничего не разобрав, Жига закрыл лицо руками и присел.
Кузя, плеснувший первым, отскочил в сторону и спрятался за дерево. Сеня видел, что вода попала городовому прямо в лицо, и хотел добавить, но тот в это время присел. К счастью, Сеня успел удержать руку и не выплеснул воду. При тусклом свете фонаря мальчик разглядел у присевшего оттопырившиеся голенища валенок. Недолго думая, он вылил воду в них и так же стремительно кинулся за дерево.
Все это произошло в две–три секунды, и трудно сказать, что пережил и передумал в это время полицейский.
Страх, животный страх охватил Жигу, и он, не разбираясь в том, что делает, на корточках подбежал к колодцу, ухватился за веревку и, с риском сорваться, исчез в черной глубине шахты, оставив наверху фонарь.
Ребятам казалось, что Жига удрал в шахту от мороза. Но на самом деле это было не так. Холода Жига не чувствовал и в первый момент даже не понял, что облит водой. Убежал он в шахту потому, что больше некуда было бежать.
Если бы наверху оказался Чураков, все было бы иначе, и вряд ли ребятам удалось бы так легко и просто отделаться от полицейского. На их счастье, на поверхности остался трус, который даже не подозревал, что имеет дело с мальчиками.
Первым подошел к колодцу Карасев. Он полагал, что городовой, стоя на верхних перекладинах лестницы, только спрятался в колодец и в любой момент может выглянуть. С замирающим сердцем, стараясь держаться в чета, крадучись подошел мальчик к колодцу и потрогал веревку. Веревка была натянута и чуть вздрагивала.
“Развязать”, – мелькнуло в голове, и Карасев лихорадочно принялся за дело. Узел был затянут крепко, пальцы закоченели и плохо слушались.
Осторожно, не веря тому что случилось, вошли друзья.
– Удрал? – шепотом спросил Кузя.
– Веревку… скорей! – скомандовал Карасев.
Ребята бросились на помощь. Толкаясь и мешая друг другу, они никак не могли развязать узел.
– Разрезать! – предложил Кузя и полез в карман.
“Вот на что нужен ножик”, – подумал он, вспомнив вопрос пристава. Ножик был острый. Как только последние волокна были перерезаны, веревка юркнула в колодец, и ребята услышали глухой крик и шум падения.
– Свалился! – сказал Сеня.
Заглянув в колодец, прислушались.
– Охает!.. – радостно произнес Кузя. – Ох, наверно, и загремел!..
– Так ему и надо! Мало еще!
Жига упал с небольшой высоты и остался цел и невредим. Вскрикнул и стонал он больше от испуга. Поняв, что он еще жив, Жига встал на ноги, готовый бежать. Но куда? Кругом полная темнота, и неизвестно, куда бежать. Ощупывая руками мокрую бороду, постоянно спотыкаясь о балки, крепления, куски разбросанного угля, камни и какие-то предметы, Жига забрался в угол и притаился. Здесь он решил ждать возвращения пристава.
– Лесенку!.. Живей!.. Лесенку!.. – командовал между тем Карасев и метался по сараю в поисках какого-нибудь инструмента, которым можно сломать лестницу.
Из-под снега торчал шест. С трудом ребята вытащили его, подняли и одним концом зацепили под верхнюю перекладину.
– Давайте. Ну, беритесь!
– Карась! Стой! А Васька-то! – крикнул Кузя. – Ему тогда не вылезть…
– Он же сам велел!
– А вдруг он убежит от них?.. А мы обломаем!
От этих слов у Карасева опустились руки, но ненадолго.
– Да как вы не понимаете? Тоже революционеры!.. Он же сам велел! Беритесь!
Ребята нехотя взялись за шест.
– Ну, взяли! Раз, два – дружно!
Не тут-то было. Лестница оказалась крепче, чем казалось Сил не хватало. Попробовали засунуть шест поглубже, затем зацепили сбоку. Шест либо соскальзывал, и тогда ребята падали, либо они повисали на нем свободно. Нужны были настоящие инструменты.
И вдруг за спиной раздался голос:
– Вы чего тут делаете?
Ребята оцепенели. Фонарь освещал хмурое лицо высокого человека, стоявшего в дверях, а за ним выглядывал кто-то еще.
– Ой! Тетя Даша! Фролыч! – обрадовался Кузя – Скорей! Скорей! Помогайте!.. Там полиция…
– Это мы знаем, что полиция… А вы-то чего тут делайте?