— Приедешь на ЧАЭС или в Припять — и начальник как бы рассыпается по объектам, смотрит, где и что не доделано; и так на всех объектах по несколько раз в день, — вспоминает водитель А.П. Рыбин, который в Чернобыле возил Дмитриева, Розина и заместителей министра. — Вставали мы в 5.45 утра, а заканчивали работу в 23.00. Дмитриев и Розин так уставали за день, что засыпали прямо в машине. До 8.00 знакомились с обстановкой к ежедневной планерке в штабе объединения, в 10.00 — Правительственная комиссия.
Итак, гидроспецстроевцы вдоль трассы коллектора в трех точках (ул. Спортивная, речной порт, пожарное депо АЭС) пробурили 6 новых скважин, а в них на глубину 12 м поместили трубы диаметром 630 мм. Дно скважин затампонировали бетоном, а сами скважины оснастили насосами. На глубине 2 м от поверхности земли скважины соединили с ливневым коллектором, предварительно также затампонировав бетоном выходные оголовки ливневого коллектора в р.Припять. Для этого от скважин, расположенных на территории АЭС, проложили к ХЖТО трубопровод диаметром 230 мм и длиной около 5 км.
Скважины заполнены фильтрующими материалами из песка и гравия, перемежающимися с металлическими сетками. Автоматически, в зависимости от уровня воды в скважине включаются насосы для откачки воды в сбросные коллекторы. Ливневые скважины начали сооружать 7 мая, закончили 22 мая.
На коллегии Минэнерго СССР 11 мая 1986 года Н.В. Дмитриев доложил о создании коллектива специалистов и учебного комбината по обучению рабочих специфике дезактивации территории, о том, как подготавливалась территория к строительству новых сооружений для задержки ливневых стоков, а также о технологии работ. Этот доклад имел практическое значение. Ведь бурение скважин гидроспецстроевцами, а также прокладка трубопроводов силами треста “Южтеплоэнергомонтаж” на промплощадке ЧАЭС были, по сути, первым опытом инженерной работы в условиях повышенного радиационного фона. Бесценными были также организационные и психологические аспекты этого дела. После создания новой дренажной системы бурильщикам предстояло еще усовершенствовать и просто восстановить пьезометрическую сеть скважин и т.д. Через пять лет и позднее описываемых событий гидроспецстроевцы еще заняты в Чернобыле. Например, они ремонтировали береговую насосную станцию у пруда-охладителя ЧАЭС.
— Но теперь работы вошли в спокойное русло. Нет стихийности, шапкозакидательства. Все документы подготовлены заранее, составлены нормальные производственные графики, — рассказывал мне мастер фундаментов А.А. Кабашев в машине по дороге из Вышгорода в Чернобыль весной 1990 г. — Нормальная работа, только в условиях радиоактивности. Однако по-прежнему не все благополучно с оценкой дозовых нагрузок ликвидаторов. Например, у В.П. Логунова по индивидуальному накопителю за весь послеаварийный период, оказывается, набралось всего 9 бэр. Но в 1990 г. сотрудники Днепровского управления изучили материалы о работах в своем объединении, поговорили с Логуновым о его маршрутах, радиационный фон которых хорошо известен. Выходит, его истинная дозовая нагрузка должна быть около 50 бэр.
По мнению А.А. Кабашева, и в 1990 г. не было четкого представления, где захоранивать радиоактивные грязные материалы, машины, оборудование. С другой стороны, многие КПП на выезде из зоны закрылись, а ПУСО ликвидируются: поток машин сильно сократился, якобы больше ПУСО не нужны.
Но в 1986 г. гидроспецстроевцы занимались и вывозом со стройплощадок своего бурового оборудования и материалов (кабели, бентонит, всевозможные оснастки). Очень грязное захоранивали в могильниках. А относительно мало загрязненное разрешалось вывозить в г. Чернобыль на базу, которую охраняли военные.
— Эти события глубоко врезались в память, — рассказывает В.Н. Неучев. — Помню, поздно вечером 8 мая кто-то водил меня к генерал-полковнику Пикалову, чтобы он дал своих людей — надо было отмыть радиоактивно загрязненное оборудование, необходимое для производства работ. Он назначил встречу на следующий день. Я и полковник Иванов получили 6 АРСов и БРДМ. БРДМ — бронированная машина для перевозки людей. АРС — машина типа бензовоза, заправленная водой с химреагентами для дезактивации техники и пр. Жидкость подается под давлением. Я с бурильщиком скважин Хлопаком выехали на ЧАЭС. Три АРСа там оставили, чтобы отмывать от радиоактивности нашу технику. Потом я с полковником поехал в гараж и показал, какие машины нам предстоит мыть, а пока попросил отвезти меня на промбазу нашего участка — там в конторе осталась невыданная зарплата рабочим, чековая книжка и печать.