— Оу.
— Но не стоит беспокоиться об этом, пока ты не вырастешь.
— Как Вы?
— Да, как я.
— Вы — хороший человек, доктор Майерс? Я имею в виду, для своей девушки?
Я сжал челюсти.
— Я хочу быть таким, Ной.
— Круто.
— Круто, — сказал я в ответ, а затем поднял кулак, чтобы ударить его.
Я небрежно вышел из больничной палаты Ноя, а затем на полной скорости помчался по коридору в свой офис и забронировал билет на самолет в Испанию.
Глава 23
Не мой дом
Авелина
Моя мать ничуть не изменилась за пять лет. Она осталась такой же красивой, как и всегда, за исключением того, что ее волосы стали светлее из-за пробивающихся в них седых прядей. Я часто слышала по телефону ее голос, который по-испански напоминал мне снова и снова молиться о спасении Джейка. Тот факт, что моя мать верила, что Джейк попал в какой-то ад, потому что покончил с собой, не облегчал нам с ней разговор.
Она встретила меня в аэропорту Барселоны и отвезла в свою маленькую квартирку. Казалось, время исцелило ее, и горе, которое она носила, как плащ, исчезло. Оказавшись внутри, она показала мне комнату для гостей. Когда я села на кровать, она села рядом со мной и притянула меня к себе. По-испански она рассказала мне, как ее сердце наполнилось радостью, потому что я приехала домой. Она сказала, что я сильнее, чем она. Я сказала ей, что она выглядела лучше, и она согласилась. Она верила, что молитва и время исцелили ее сердце и душу. Я спросила о ее горе, чего раньше никогда не делала.
Я спросила по-испански:
— Это когда-нибудь проходит?
— Нет, — ответила она. — Я все еще слышу смех твоего отца, как будто он в другой комнате. Всегда будет что-то не так, но, как трехногая собака, ты снова научишься ходить. Скоро ты будешь бегать так, как будто ничего не произошло.
Ее искренность была такой теплой и настоящей. Я скучала по своей маме.
— Ты была нужна мне, — сказала я ей.
— Я всегда была рядом. Просто долгое время чувствовала себя плохо.
— Что изменилось?
— Карлос.
У себя в голове я услышала скрежет иглы, которой водили по пластинке.
— Прости?
— Я встретила мужчину, Ава, и влюбилась. Он красивый, добрый и идеальный.
В тот момент у меня возникло несколько противоречивых мыслей. Старомодная часть моего мозга подумала: «Как она посмела?». Но потом я увидела счастье в ее глазах, чего не замечала уже много лет, и подумала: как она могла не быть счастливой? Она по-прежнему жива.
— Я рада за тебя, мама.
Раздался быстрый стук во входную дверь. Как легкомысленная тринадцатилетняя девочка, моя мама вскочила и выбежала из комнаты. В комнату вошел клон Хавьера Бардема.
— Боже мой, — сказала я по-английски слишком громко.
— Карлос, познакомься с моей прекрасной Авелиной, — объявила моя мать.
Он поцеловал мне руку и практически поклонился.
— Такая же красивая, как твоя мать, — сказал он, подмигнув.
— Авелина, у Карлоса есть дочь твоего возраста.
— Да, Сабина живет в этом здании на втором этаже. Вот так мы с твоей мамой и познакомились, — сказал Карлос на ломаном английском.
— Может, попросить Карлоса позвать Сабину поужинать с нами? — нерешительно спросила она.
— Эм... на самом деле, я вымотана. Думаю, сегодня вечером мне просто хотелось бы отдохнуть. — Я не стала дожидаться ее ответа. Вместо этого повернулась и, спотыкаясь, направилась в коридор. Перед тем, как выйти из комнаты, я подняла глаза и увидела, что Карлос сочувственно улыбался мне. Я ласково улыбнулась в ответ, а затем вошла в комнату для гостей и плюхнулась на кровать. Через несколько мгновений вошла моя мама.
— Ты не обязана искать мне друзей, мама, — сказала я, но, думаю, мое разочарование на самом деле было вызвано тем, насколько я была сбита с толку ее новой жизнью и новым мужчиной в ней.
Она скрестила руки на груди.
— Я просто хочу, чтобы ты наслаждалась жизнью, пока находишься здесь. Сабина может показать тебе окрестности. Она очень веселая и умная девушка. — Выражение ее лица было искренним, и я поняла, что должна быть благодарна ей за то, что она пыталась мне помочь. Мне просто нужно было понять, как я впишусь в это общество и впишусь ли вообще.
— Ты можешь дать мне несколько дней, мама? Мне трудно все это принять.