- Добро утро, Артём Николаевич!
- Я тебе говорил без имён!
- Понятно.
- Что там у вас?
- Всё нормально. Решаем вопрос с сырьём. Вроде, всё складывается. Первую партию сделали и готовы отправить.
- Что с отгрузкой?
- Сложно. Машины сюда не пройдут. Там, где раньше был вход в каменоломню, теперь большое здание стоит. Ищем другие входы. Полагаем, что они есть, но никто не знает. Тут больше вопросов с вентиляцией.
- Как отгружать будешь? А вентиляцию сам решай.
- Будем носить коробки вручную.
- За полкилометра?
- Другого выхода нет, мы так и оборудование вручную затащили.
- Я помню. Я вот чего звоню. Девок, что привезли, в расход. Только учти, та, которая подруга, она из ментовки.
Как вроде прошла спецподготовку. И прикопайте их, чтобы никто и не нашёл. Где-нибудь, на самых нижних горизонтах.
- Там нельзя, мы там воду берём. Но, не волнуйтесь, пристроим. Сами приедете?
- Слушай, чем меньше народу меня видит, тем лучше. Решай вопрос с отгрузкой, машины будут через неделю. На этом всё.
Андрон обошёл машину, поднял капот, чтобы накинуть клеммы на аккумулятор. В это время кто-то приставил к его голове пистолет и вежливо сказал:
- Радуга, давай, без резких движений.
- Кто вы?
- Можешь гордиться, тебя арестовал лично генерал. Меня зовут Геннадий Павлович. Сарай и дом оцеплен спецназом. При попытке бежать, ты нам уже не нужен. Твоего шефа из полиции мы уже знаем. Ещё один выход из каменоломен перекрыт. Уведите его!
Спецназовцы, обыскав Андрона, увели его. В это время Дмитрий, Виталий, Александр, Катя и Настя, обшарив берлогу Андрона, нашли выход на поверхность. После двадцати минут подъёма Дмитрий, шедший первым, потихоньку начал поднимать крышку люка, держа наготове оружие. Крышка была открыта, и он услышал голос генерала:
- Дмитрий Сергеевич! Что-то вы как-то задержались.
- Геннадий Павлович? Вы же где-то между Петербургом и Москвой.
- Там я тоже был. Но мне было важно знать, кто у нас предатель, а ответ я мог получить только здесь. И я его получил.
- И что его ждёт?
- Суд. Но, сначала, как ты понимаешь, следствие.
Дмитрий отвёл генерала в сторону и вполголоса спросил:
- Почему вы не сказали мне, что сделали из Насти наживку?
- А ты бы согласился?
- Нет, конечно.
- Вот потому возле неё, днём и ночью, была подруга и группа спецназа, о которой ты и не знал.
- И они дали похитителям возможность похитить женщин?
- Таков был приказ. Да и в катакомбах девчат охраняли. Но об этом они не знали.
В это время, на поверхность вылезли и Катя с Настей. Геннадий Павлович спросил:
- Ну, и как у вас дела?
Катя ответила:
- Я быстрее всех этот завод нашла.
- Это, скажем так, не завод, а лаборатория. Но она способна выпускать эту дрянь в промышленных масштабах.
Зазвонил телефон Геннадия Павловича. Он, коротко переговорив, сказал:
- Артём Николаевич соскочил.
- То есть?
- Его хотели взять прямо на рабочем месте. Он это понял и застрелился. Что же, операция завершена.
Все вышли из сарая, на улице только что прошёл дождь, и отгремела гроза. Остро пахло озоном. Генерал заметил:
- Вы чувствуете, как хорошо дышится после грозы?!
Эпилог.
По итогам проведённой операции всем участникам были вручены государственные награды. Была награждена и Настя, которая не являлась штатным работникам полиции.
Геннадий Павлович получил строгий выговор от министра за то, что подверг опасности гражданское лицо. Другим приказом этот выговор был снят. А за умелое руководство операцией он был представлен к государственной награде.
Дмитрий и Настя помирились окончательно и вернулись жить в областной центр.
Виталий и Катя уехали в Москву, где продолжили служить в подразделении Геннадия Павловича.
Кирилл, друг Дмитрия, и его жена Варя, жили у себя в районе, воспитывая своего Андрея, который тоже хотел быть похожим на отца и усиленно занимался восточными единоборствами.
Братья Керн и Макс получили пожизненные сроки.
Удивил всех Чертёжник, который сумел заключить сделку со следствием и был приговорён к 12 годам лишения свободы. Несколько попыток убить его со стороны тех, кого он сдал, не увенчались успехом. Он не только выжил, но и завоевал авторитет в зоне. Тем более, что те, кого он сдал, убивали своих.