Зато теперь Коля закатывает глаза:
– Вот уж точно, вас что корми, что нет – всё в одной поре. Не в коней корм, как говорится. Только ходите и костями гремите!
– И давно ли тебе мои кости разонравились? – изумленно приподнимаю бровь.
– Э-э-э… Варь, я не то хотел сказать, – идет на попятную муж, вновь притискивая меня к себе. – Меня твое тельце очень даже устраивает.
– Уверен? – свожу брови к переносице.
– Ну, конечно.
– Хорошо подумал?
– Да, блин, Варя! Я в хорошем смысле слова сказал!
– Ладно, живи тогда, – смеюсь.
– Фух, ну спасибо! – чмокает губы и отступает. – Слушай, малыш, раз уж ты раньше пришла, сама ужин сварганишь?
– А ты куда собрался?
– В сервис сгоняю, пусть резину на Майбахе сегодня проверят, чем я завтра в пробках несколько часов убью.
Смотрю на мужа. Он на меня.
– Ну ладно, поезжай, – соглашаюсь.
Работа Николая действительно важна. В основном она нас и кормит. На мою, скромную, преподавателя иностранных языков в Доме культуры, особо не пошикуешь.
– Спасибо, солнце, ты лучшая!
Пригожин еще раз чмокает меня в губы и разворачивается, чтобы уйти. И тут я вспоминаю, с чего вдруг принеслась на кухню, забыв надеть тапочки.
– Коль, погоди. А что у вас за конфликт с Александрой приключился? Ты почему на нее рычал, когда я домой пришла? Еще и назад в деревню угрожал сослать?
Краем глаза ловлю, как Санька сжимается, но подбородок не опускает. Маленьким злым волчонком на мужа моего смотрит.
Странное дело. Вроде ладили они всегда без проблем.
Что теперь приключилось?
– Ты не так все поняла, Варь, – усмехается муж, бросая в сторону племяшки короткий взгляд.
– Да я вообще пока ничего не поняла, – развожу руки в стороны. – Ни так, ни этак.
Застываю, жду подробностей.
– Все просто, – Пригожин прячет руки в карманы домашних спортивных штанов и, раскачиваясь с пятки на носок, выдает. – Сашка скрывает, что физру прогуливает. Мне препод ее звонил, жаловался. Вот я и отругал.
– Ты отругал… – повторяю медленно и непонимающе хмурю брови. – Э-э-э… а почему преподаватель тебе звонил?
По всем документам я – официальный опекун племяшки. Других у нее нет. Специально все бумаги оформили таким образом, чтобы вопросов лишних не возникало, когда два года назад сестра с мужем погибли в ДТП.
– Потому что прогуливает она, Варюш, из-за Макса.
– Крылова? – называю фамилию, очень часто произносимую в нашем доме.
А все по ряду причин.
Во-первых, Николай состоит в штате службы безопасности холдинга «Коралл Инжиниринг», принадлежащего Демьяну Константиновичу Крылову. Во-вторых, он выполняет обязанности телохранителя и водителя Тамары Игоревны Крыловой, супруги Крылова. А, в-третьих, их единственный сын Максим учится в той же гимназии, куда я два года назад перевела Александру.
И вот уже год имя этого неугомонного парня у меня на слуху. Не могут они с Варькой в стенах одной альма-матер сосуществовать параллельно. Вечно коса на камень находит.
Николай кивает.
– Именно.
А я сильнее морщу лоб.
– Так он же в одиннадцатом. А наша Саша в девятом.
– Зато физра у них из-за того, что один препод в декрет свинтил, сдвоенным уроком, – просвещает муж. – А «наша Саша» никак с Максом в одном спортзале ужиться не может. Тесно им, видите ли.
Слышу, как Санька сбоку фыркает: «С таким ишаком никто не уживется!», но продолжаю выяснять все пока у Николая.
– С этим ясно. Я другого не понимаю: почему все же тебе из школы звонили, Коль?
– Ну, не совсем мне, – дергает он рукой. – Звонили Крыловой, чтобы приехала, оценила ущерб. Макс зеркало из-за нашей мамзели разбил.
– Он разбил, потому что сам дурак, – выдает собственную версию племяшка.
– Да у тебя все мужики – дураки, – припечатывает муж и дальше отвечает уже мне. – В общем, я Крылову в школу возил, чтобы препод ей лично сумму проблемы озвучил. А тот, когда узнал, кто я есть, до кучи с Крыловыми и мне за твою тихоню по ушам накатал.
В то, что накатал – слабо верю. Пригожин не тот, кто будет терпеть наезды в свой адрес. А вот то, что племяшку мою любимую богатенький чудило обижает, очень плохо.
– Сашуль, это так? – оборачиваюсь к девочке.
Та, прикусив губу, смотрит на меня честными-пречестными глазами. Шумно выдыхает и признается:
– Я всего один урок пропустила, Варь. Этот задр…дира Крылов обещал мне какую-нибудь гадость во время игры устроить. Ногу или руку сломать.
Вот удод!
Матерюсь мысленно, а Коля свою линию гнет:
– Ну вот, я ее за прогул и ругал, Варь.