Соня не хотела лишний раз махать кулаками. Самой было страшно до ужаса, но всё равно, поднимать руку на безоружную соперницу не хотелось. Осознание, что от этого зависит её билет на свободу, не помогало. И дело было не во внутренней нерешительности. Она видела тот же страх в глазах Искры. Глубоко внутри, его и заметить-то невозможно, если не знаешь, куда смотреть. Но Соня видела. Потому что чувствовала то же самое.
К сожалению, не только страх управлял действиями более опытной заключённой. Искре нужна была победа, она не раз доказывала это, постоянно останавливаясь на четвёртом этапе, но рук не опускала. Предельная концентрация, чтение движений соперницы и вот он, её шанс.
Соня замешкалась. Споткнулась о выемку в земле и, неловко пошатнувшись, ослабила позицию рук. Это и стало главной ошибкой.
Крохотный кулак одним размашистым движением поздоровался с правым боком девушки, заставляя согнуться пополам. Больно. Настолько, что в глазах заплясали разноцветные звёздочки. А может это были маленькие разноцветные Андреи, трясущие указательным пальцем. Мол, нельзя так расслабляться, ты же в бою участвуешь, а не на курорте. Соберись!
— Ты ляжешь, — воспользовавшись секундной заминкой, прошептала Искра. Теперь в её глазах не было страха. Или пропущенный удар придал ей уверенность, или же она хорошая актриса, Соня не знала. Но понимала, теперь её черёд. — Если не хочешь больше не встать. Я всё равно выиграю.
Смотря старые боевики, когда Роман снисходил до настраивания старенького двд-проигрывателя, Соня никак не могла понять – зачем главный герой в финальном сражении всегда ведёт беседы со злодеем. При чём, обоих это устраивает, словно философствовать с тем, кто портил жизнь тебе и твоим близким – норма. Сейчас же, оказавшись в подобной ситуации, когда главный противник замешкался, разглагольствуя, почуяв близкую победу, девушка поняла – вот её шанс.
Отец не обучал её искусству нападения, лишь объяснял, как защищаться. То же делал и Барс. Андрей был единственным, кто показал, как быстро уложить человека, без риска получить в ответ. Не успеет опомниться.
Резкий удар локтем под подбородок правой рукой, цепляешь рукой затылок, и лицо встречается с коленом.
Дезориентированная девушка с воем отходит назад, хватаясь за кровоточащий нос. Соня поднимает взгляд. Зрители довольно гудят, но им всё равно этого мало. Они требуют продолжения. Как и судья, который отрицательно качает головой. Победа тогда, когда один не может встать. Рано расслабляться.
Подходя ближе к всё ещё не выпрямившейся Искре, Соня не сомневалась в своих действиях. Знала, это необходимо. Только вот как сделать всё как можно менее болезненно, не знала. Наглядно видела лишь один способ, ещё в самом начале их путешествия. И пусть на практике опробовать полученные навыки не вышло, азы она знала. Значит, можно действовать.
Лёгким ударом со спины под колено опустила девушку на уровень ниже. Рука в локтевом суставе согнулась на шее, вторая фиксировала голову. Не хватало ещё свернуть шею. Искра начала хвататься руками за всё, до чего могла дотянуться, чувствуя нехватку кислорода, но Соня держала крепко. Постепенно рваные движения совсем прекратились, девушка больше не дергалась, отчаянно пытаясь сделать вдох. Всего один, но такой желанный.
С глухим ударом тело соперницы упало на землю, не шевелясь. Только при более тщательном обследовании можно было обнаружить слабое дыхание и редкий пульс. Не такого зрелища ждали зрители, но Соня и не нанималась в клоуны. Пусть довольствуются тем, что есть.
— А у нас, похоже, есть победитель, — голос ведущего звучал не очень уверенно. Подошёл к бессознательному телу и, толкнув девушку носком ботинка, довольно кивнул. Поднял в воздух руку победительницы, под нестихаемую музыку объявляя исход боя. — Поздравляем с проходом на следующий этап! Фасолинка – запомните это имя!
Радостные голоса и аплодисменты обрушились на девушку, но победителем она себя не считала. Напротив, чувствовала отвращение к самой себе. Эта Искра точно так же хотела на свободу и была готова сделать что угодно, лишь бы победить. До какого отчаяния надо довести человека, чтобы тот потерял в себе всё человеческое, так кропотливо взращиваемое годами? Благородство, сострадание, честность. С выходом на арену они исчезали. Затмевались яркостью, ненавистью, болью.