— Надо же. Оказывается вы не такие безнадёжные.
— Напомнить, кто из нас лет шесть назад пошел за фильтрами на склад, но в итоге попал к Матильде с переломом ноги?
— Отстань, это была случайность.
— Как и большинство твоих поступков.
— Про наши поступки можно сказать то же самое.
— В точку.
Она почти расслабилась, когда осознала, что сказала «наши». А ведь когда-то отрицала саму возможность товарищества, не переносила мысль о взаимодействии и совместном выживании. Удивительно, насколько время и общие трудности сближают. Жаль, что поняла это только сейчас.
— Вижу, вы оба относительно целы. Что ж, это хорошо.
В помещение тяжелой поступью грузного человека вошел Кнут. Соня невольно привстала в попытке закрыть собой юношу, но тот с силой дернул её за край кофты, опрокидывая на кровать. Выглядел мужчина донельзя довольным. Сел на стул, жалобно скрипнувший под весом туши, внимательно разглядывая ребят.
— У меня есть новости. Для тебя, — жирный палец с блеском от пота устремился в сторону Андрея. — Появился покупатель. Он был весьма… впечатлен твоими способностями на арене. Предложил неплохую сумму, вот я и решил, что это неплохая сделка.
— Он не пойдет один.
Звенящий голос заставил двоих обернуться в сторону говорящей девушки. Сама не ожидала такой смелости от себя, но сейчас уверенность в собственной правоте была превыше всего.
— С чего вдруг?
— Вы купили нас вместе, значит, и продавать лучше вдвоем. Так выгоднее, Вам не кажется?
— Не кажется, — хмыкнул мужчина, прикуривая самокрутку. Запахло кислым дымом. — За него одного дают больше, чем я платил за вас двоих. Так что предложение более, чем выгодное.
У неё сердце начало выплясывать бешеный ритм, стоило понять, к чему всё идёт. Если их разделят, шанс снова встретиться приравнивается к нулю, если не уходит в минус. Не говоря уже о шансах на выживание.
— В общем, исход такой: ты, — кивок в сторону Андрея. — Отправляешься в новый дом. Через час за тобой приедут. И не пытайся бежать, я не хочу срывать сделку внезапным трупом. Даже двумя. Ну а ты остаешься в лазарете.
— Я здорова.
— Только вот на арене от тебя толку мало, — съязвил Кнут. — Рейтинги невысокие, поэтому будешь за медика. Тем более, штопать умеешь. Хоть какая-то от тебя польза.
— А где предыдущая медсестра?
— Пакет в коридоре видела?
Соня неуверенно кивнула.
— Решила, что больше не хочет здесь работать. Свободы захотелось. Что ж, теперь она полностью свободна от всех обязательств. В особенности от необходимости дышать.
Уходил он, оставляя неприятное ощущение беспомощности. И страха. С самого начала они решили держаться вместе, понимая, что так безопаснее. И вот теперь перспектива остаться без поддержки была как никогда близка. И что с этим делать – они не знали.
*
Им даже попрощаться нормально не дали. Одну отправили перевязывать кого-то из пленников. Не поделил что-то с сокамерником, вот и сидел теперь в лазарете с размозжённым лицом. Но парой слов они всё же успели перекинуться. «Когда увидишь сигнал, беги к выходу из города. Встретимся там. Не знаю, как много времени это займёт, но мы выберемся». Соня согласно кивнула, крепко обнимая юношу. Неудобно. Слишком высокий. И от осознания этого хотелось одновременно смеяться и плакать.
А потом он ушёл, оставляя девушку одну. И только крохотный медальон, с которым он никогда не расставался, сейчас служил своеобразным обещанием вернуться. Хотя бы за тем, чтобы забрать собственную дорогую вещицу.
*
Закончив с четвертым за последний час посетителем лазарета, Соня с уверенностью могла сказать, что всегда недооценивала труд Матильды. Эта женщина определенно была святой. Поскольку нельзя целыми днями зашивать порезы, выслушивать жалобы и ругань, оставаясь при этом спокойной и доброжелательной. Женщина так могла делать. Соня нет. Потому уже к середине дня последний из немощных вылетел из палаты за откровенные домогательства и непристойные шуточки. Хорошо, что она не обязана была это терпеть. Пара лишних синяков наглядно объяснила энтузиасту, что его предложения не по адресу.