— Господи, ну и вонь.
Девушка согласно кивнула, прижимая высокий ворот ближе к носу. Мешанина из запаха мочи и гнили вызывала рвотный рефлекс. Не хватало ещё таким образом выдать свое положение. Опасно и неловко.
Один раз едва не попалась на глаза охране. Не заметила движение за поворотом и, если бы не Андрей, дернувший обратно за шиворот, бесшумное передвижение было бы окончено. В голове мелькнуло лёгкое чувство дежавю, но девушка быстро отбросила эти мысли.
Один торговец держал заключённых одного контейнера на прицеле. Двое других вытаскивали тело. Тащили, словно мешок с камнями. А мужчина не сопротивлялся.
— От голода умер? — и ей не требовался ответ, чтобы понять – не ошиблась. — Вот же твари. Я думала, нет ничего хуже вируса и заражённых.
—Это всего лишь люди, Соня.
— Но мир же изменился. Мне казалось, выжить можно только помогая друг другу.
— Мир действительно изменился. А вот люди остались прежними. Поверь, всё это дерьмо было в них и до эпидемии. Только наружу в полной мере вылезло сейчас. Осадить-то некому.
Он знал, о чём говорит. Соня видела это по взгляду. Помнила его слова о семье, хотела расспросить чуть позже и не решилась. Теперь же решила, что выяснит, в чём дело.
*
Трюмная часть была огромной. Ряды контейнеров создавали подобие лабиринта в тёмном душном помещении. Но Виктора нигде не было. И это вгоняло в отчаяние.
— Где ещё он может быть?
— Не знаю. Но надо уходить, — судя по звукам, в их сторону уж направлялись несколько торговцев. Вряд ли они знали о присутствии посторонних, но попадаться на глаза не хотелось.
— Мы не уйдём отсюда, не узнав где он. Возможно, это наш последний шанс…
— Соня, если нас схватят, мы в любом случае ему не поможем.
— Я не уйду отсюда, не узнав, где он. Делай что хочешь, но я остаюсь!
Они бы и дальше спорили на пониженных тонах, если бы не небольшая группа людей, прошедших совсем рядом. Их разговор, вот что стало причиной остановки всех пересудов. Переглянулись, одновременно кивая.
— Оставшихся пристрелить. Включая тех, кого привезли из заражённой зоны.
— Даже работоспособных?
— Плевать, у нас и так перебор людей. А эти еще и буйные. Особенно тот, с востока которого притащили.
Вот и ответ. Соня судорожно выдохнула, сжимая рукоять обреза. Главное поймать этого всезнающего и понять, куда точно идти. Торговец в рыжем жилете. Нелепая и слишком заметная одежка. Зато такого нелегко потерять. Даже в темноте трюма.
*
Когда голова встречается с твердой поверхностью, это всегда больно. Когда после этого бьют под колени, заставляя осесть на землю, приставляя к горлу нож – ощущения становятся крайне невыносимыми. Но такова реальность для торговца в рыжем жилете. Не повезло ему слегка отстать от товарищей, задержавшись возле одного контейнера. Заглянул, чтобы проверить заключённых, а в итоге пришлось медленно двигаться в сторону тёмного поворота. Уже уходя, следя, чтобы никто не заметил их, Соня встретилась взглядом с тем заключенным, который привлёк внимание торговца. Мужчина. Здесь редко попадались женщины. Он всё видел. И не сказал ни слова. Лишь довольно усмехнулся, провожая взглядом напуганную тушу. Наверное, желал ему прочувствовать хотя бы каплю того, что переживает местный «товар». Что ж, возможно так и случится. Всё зависит от самого торговца.
— Вы хоть понимаете, что вам за это будет?! — злобно кряхтел мужчина, то и дело поглядывая на лежащий чуть в стороне пистолет. Капельки пота медленно стекали по загорелому лицу, собирая налипшую за день пыль. Глубокие морщины прорезали лицо, в темноте отбрасывая тени, которые прибавляли ещё десяток лет. — Даже если чудом пробрались сюда, не думайте, что вам удастся уйти. Всё равно сдохнете здесь! Уж я-то...
— Короче, ты знаешь этого человека? — опустившись на корточки, Соня вытащила из внутреннего кармана старую фотографию. Сделали её лет двадцать назад, но мужчину на ней узнать было можно. Не слишком изменился. — Мы знаем, что он здесь. Скажи где и можешь быть свободен.