Амира спрыгнула сама, лишь коротко обняв отца напоследок и дёрнув подругу за хвост.
— Не вздумай умирать! Из-под земли достану.
— Ради этого стоит выжить, — рассмеялась Соня, игнорируя тянущую боль в сердце.
Ильдар и вовсе прощаться с детьми не спешил. Потрепал по головам, словно это рядовое задание. Не сомневался в успехе, хотя, скорее просто не хотел показывать страх. И Соня понимала его. Кто-то же должен верить в лучшее.
Последними шли Андрей с Эмилем. Короткое прощание со старшей частью группы, небрежный взгляд в сторону Стаса, который, кажется, уже смирился с подобным отношением к себе. И только после этого всего на мгновение Андрей задержался рядом с девушкой, осторожно касаясь щеки.
— Пожалуйста. Осторожнее. И береги этого старика, его итак изрядно потрепало.
— Смеёшься? Какой из меня охранник.
— Весьма надёжный. Иначе кого-нибудь из нас уже не было в живых. — Хочешь сказать, не работает?
— Работает, — судорожно выдохнула девушка, наконец, поднимая взгляд. — Даже слишком.
— Ну и отлично, — улыбнулся, делая шаг в сторону. — Главное ведь позитивный настрой, не так ли?
Собирался уйти с чистой совестью, считая свой долг выполненным. И всё равно, что не хотел оставлять одну. Привык всегда быть рядом, зная, что с ней всё в порядке.
Внезапно тонкие руки необычайно крепко обхватили чуть выше талии, вынуждая остановиться. Чужая голова уткнулась в плечо. Неровное дыхание опаляло кожу даже сквозь слой ткани.
— Береги себя.
Шёпот на грани слышимости, но слова достигли адресата. Андрей не обернулся. Только сжал девичьи пальцы, закрепляя немое обещание, делая его обоюдным. Таким, что нельзя нарушить.
— Идём уже, — голос Эмиля вернул девушку в реальность. Нехотя расцепила кольцо рук, провожая взглядом юношу. Того, кто за время пути стал не просто товарищем, а другом. Того, кто стал семьей.
*
Им не нужны были громкие речи или признания. Всё, что нужно уже было сказано, а главное – услышано. Теперь они расставались с лёгкой душой, точно зная, что скоро увидятся. И плевать, что, возможно целый мир будет против. В конце концов, чужое мнение всегда сильно переоценивают.
— Вы очень близки, — всё это время подпирающий стену Стас теперь оказался рядом, разглядывая уменьшающиеся силуэты товарищей. — Не знал, что настолько.
— Мы семья, — так просто и легко, как данность. Словно сотню раз говорила подобное.
— И только?
— Да. И только.
Удивительно, но мужчина больше не вызывал открытой неприязни. Поначалу его хотелось скинуть под колеса того же состава, но со временем это желание пропало. Скорее всего, потому, что изменился сам Стас. Исчезло ребячество, присущее его поведению во время их путешествия. Теперь, осознав всю степень свой вины, мужчина старался лишний раз не провоцировать конфликты. Потому и вел себя тихо. Думал, что не привлекает внимание, но для Сони это возымело противоположный эффект. Она хотела смотреть на него. На такую версию мужчины. Более взрослого, сосредоточенного. На которого действительно можно положиться.
Сам Стас подобных изменений по отношению к себе не замечал. Может, оно и к лучшему. Тем более, что отец явно не одобрит любого рода симпатию к человеку, из-за которого они едва не погибли.
*
Когда поезд довез их до нужной точки, откуда пешком до бункера было не более десяти километров, до рассвета оставалось около пяти часов. Легкий моросящий дождь лишь нагнетал и без того не лучшее настроение, отчего девушка невольно вздрогнула.
— Вот, держи, — на плечи упала жилетка из плотной ткани. Тяжёлая, без рукавов, но всё равно сохраняющая остатки естественного тепла.
— Не стоит...
— Давай без этого, — закатывая глаза, фыркнул Стас, и на мгновение девушка увидела в нём того, прежнего. Беспечного весельчака, чьей настоящей работой была поимка "заказанных" людей.