Нажать на нужную кнопку труда не составило. Они тут же перевели взгляды на динамики под потолком. Сначала появились помехи. И лишь через несколько секунд помещение наполнил звук сирены, чей вой становился всё сильнее. Теперь можно и нужно было уходить к точке сбора – машинному ангару, который забросили из-за большого скопления заражённых собак в округе, поэтому никто в здравом уме не стал бы выходить на поверхность именно в том месте. Вот только Зобин не знал, что ещё до своего похищения Виктор с Романом избавились от двух стай заражённых четвероногих тварей, открывая новый путь к отступлению. Пеший, но тем не менее у них был шанс сбежать.
Однако радовались они не долго. Сирена звучала от силы секунд сорок, после чего прервалась, оставляя лишь очередные помехи. Семёныч недовольно смотрел на мужчину, который не понимал ровным счетом ничего. Он же все правильно сделал, не перепутал ин одной кнопки. Система полностью исправна, тогда какого…
— Внимание! Сработала система обнаружения массового заражения. Всё помещение подвергнется полной консервации через восемь минут. Внимание!...
— Что за бред!? Нет такого протокола! — ускоряя шаг прокричал Стас. Перекрикивать механический голос, начинающий обратный отсчёт оказалось довольно сложно.
— Есть, если настроить его вручную, — Виктор едва сдерживал рвущуюся наружу злость, но понимал, что сейчас главное уложиться в выделенные восемь минут.
Что казалось трудно выполнимым, поскольку преодолеть четыре этажа наверх, не наткнувшись при этом на охрану практически невозможно. По крайней мере, так казалось. На деле всё оказалось ещё хуже. Услышав сирену, люди выбежали из своих комнат, тут же направляясь в сторону выхода из бункера. Не только основного, любого, который казался ближе. Однако новый протокол заставил людей сначала замереть в ужасе, а затем в панике броситься кто куда. Человеческий поток буквально сметал всё на своем пути, так что Соня, которую толкнуло сначала в одну сторону, а потом в другую, сама чуть было не поддалась панике. И если бы Стас не выдернул её из толпы, оттаскивая ближе к стене, точно закричала.
— Спасибо, — стараясь унять бешено колотящееся сердце, выдохнула девушка. — Где папа?
— Вон они, — с высоты своего роста Стас видел и Виктора, и Семеныча, которых оттеснило к противоположной стене. — Надо идти. Ты в порядке?
— Да. Да, всё хорошо, — только тогда заметила чужие руки на спине. И что её вообще прижимают к широкой груди, но акцентировать внимание на этом не стала. — Скорее. Лифты отключены, пойдём по лестнице.
— Как и все эти люди.
— Только мы пойдем по аварийным.
Оказалась права. Узкие глухие проходы, винтообразным образом поднимающиеся наверх, действительно была пусты. Беспрепятственно преодолевая этаж за этажом, девушку на мгновение охватила эйфория от скорой свободы. Время на исходе, а до ангара еще минимум пятьсот метров. Но у них ещё был шанс. Слабый, почти призрачный, но был.
Последним препятствием перед ангаром был длинный коридор, чьи концы в случае опасности закрывались герметичными воротами. Красные аварийные лампы красноречиво намекали на скорое закрытие всех путей отхода. Плотный поток людей уже двигался в сторону выхода, когда абсолютно все, как по команде замерли. В полном замешательстве Соня инстинктивно притормозила, смотря на обескураженных людей. Пыталась найти причину столь сильной паники, пока не услышала.
Рычание.
Совсем тихое, но далеко не из одного источника, оно доносилось со стороны выхода в небольшой завиток, где всё ещё оставалась большая часть жителей бункера.
— Откуда…, — только и смогла выдохнуть Соня, беря на прицел первую заражённую собаку. Первую из дюжины. А может и больше, всех не удавалось быстро сосчитать.
— Новумы, — словно диагноз произнес Виктор, перезаряжая пистолет. И крикнул людям. — Быстрее! Бегом отсюда!
Дважды повторять не пришлось. Толкая, пиная друг друга, люди кинулись по узкому коридору к свободе. И вовремя – сорвавшиеся с места животные начали кидаться на каждого, кто отставал от толпы. Соня, Виктор, Семёныч, Стас – стрелки из них были хорошие, даже на ходу, но их попросту не хватало на всех. Раненые падали, но мучились недолго. Их головы тут же скрывались в окровавленной пасти, полной острых зубов. Больше люди не двигались.