Соня всеми фибрами души надеялась, что та не закричит. Не начнет звать на помощь, иначе придется расправиться и с ней. Самим сбежать хотелось больше, чем щадить других. Но девушка и не думала звать на помощь. Пряча взгляд в пол, она шагнула обратно в комнату, тихо запирая дверь. Даже поворота замка слышно не было.
— Что это с ней? — удивленно выдохнула Соня, семеня как можно ближе к возможному выходу.
— Ты видела её руки? — Андрей хоть и не смог разглядеть лицо девушки, но на кожу предплечий внимание обратил. — Это ожоги от окурков. Не думаю, что её жизнь на много лучше нашего нынешнего положения.
— Так и оставим её тут? — глупо сомневаться в своем решении. Вряд ли такой группой им удастся сбежать отсюда. Живыми уж точно трудно будет это сделать. Себя бы спасти, о других уже потом подумать можно.
Встреча двух враждующих банд проходила в холле на первом этаже. Оставаясь в тени коридора, не выходя в главное помещение, ребята наблюдали весьма напряженное общение двух лидеров, в то время, как обычные члены группировок не особо дружелюбно смотрели друг на друга. Видимо эта сделка устраивала только их лидеров, но никак не рядовых участников банд.
— Уходим, пока есть возможность, — осторожно потянув за рукав, кивнул Андрей в сторону дальнего выхода.
— А как же оружие? — тоскливо наблюдать за собственным рюкзаком, лежащим в общем зале, без возможности добыть его назад. — Чёрт, что за невезение.
—Это как уж посмотреть. И вообще, хватит зевать, пошли отсюда.
Оставаться вблизи вооружённых людей, рискуя быть обнаруженными, Андрей не особо хотел, и Соня полностью разделяла его желание. Оставив позади шумное сборище, ребята выбрались наружу, с удивлением осознавая, что наступил вечер.
Те немногие, что остались снаружи в качестве охраны, столпились возле автомобилей, дымя самокрутками, то и дело разражаясь гоготом. Даже по сторонам не глядели, уверенные в собственной безопасности. В какой-то мере они были правы: никто в здравом уме не сунется к вооружённой толпе, наивно полагая, что сможет получить какую-то выгоду от столкновения.
Этой слепой уверенностью и воспользовались ребята.
Пробежать мимо, не привлекая внимания, оказалось намного проще, чем ожидала Соня. Кто бы знал, что действовать станет в разы легче, если не забивать голову десятками «а если?» и «а вдруг?» Рюкзаки, оружие, припасы – всё осталось далеко позади. Главное они живы, а как быть дальше, придумают потом. Сейчас стоило убраться подальше от опасного места и желательно найти хоть какой-то ориентир, чтобы понять, куда двигаться дальше.
Хотя обнаружить сторону света особого труда не составило. Тонкая желтая полоса у горизонта на востоке, постепенно становилась ярче, приобретая более насыщенные оттенки. Новое утро после долгой ночи, что может быть прекраснее?
*
— Тихо, не шевелись.
— От тебя больше шума, чем от нас двоих вместе взятых.
— Сказала же, тихо!
— Раскомандовалась…
Этот незатейливый разговор на грани шипения происходил за кустами неподалеку от заброшенной деревушки. За несколько дней, перебиваясь немногочисленными находками провизии, им удалось продвинуться немного дальше в сторону намеченной точки маршрута. Однако когда вдалеке показались проломленные крыши старых домов, Соня поняла – это их шанс найти нормальные припасы и передохнуть после пешей прогулки.
Только заброшенный поселок не предусматривал таких удобств, как завтрак, обед и ужин. Вот и приходилось выкручиваться собственными силами и умениями. А заключались они в построении небольшой ловушки для единственных живых существ, которых ещё можно было поймать.
Местами прогнивший, но всё равно неплохо сохранившийся деревянный ящик одним своим краем упирался на ветку, которая и не давала ему упасть. Нижний край сухой деревяшки был обмотан веревкой, которая тянулась прямиком к импровизированному убежищу, в котором и сидели наблюдатели. Их взгляды были направлены на стайку диких хорьков, которые с интересом принюхивались к необычному запаху старого кошачьего корма. Нашел его Андрей в одном из верхних ящиков на разграбленной всеми, кому не лень кухне. Очевидно, что даже на голодный желудок люди не горели желанием есть еду для животных. Что ж, их дело.