— Тяжёлые условия ужесточают борьбу за ресурсы, — мягко говорила Женщина, подпирая щеку рукой. Эта улыбка делала её совсем юной, хотя лёгкие морщинки в уголках глаз и говорили о среднем возрасте. — Но мой покойный отец всегда учил: что бы ни происходило, люди должны оставаться людьми. Это залог нашего выживания. В противном случае, мы умрём не из-за инфекции, а потому, что перебьём друг друга за последнюю банку тушёнки. Я лишь стараюсь следовать его взглядам, продолжая помогать выживать другим.
Вот оно что. Это многое объясняло. Их община напоминала не просто собрание людей, вынужденных выживать вместе. Они были одной большой семьей. Заботились друг о друге, делили горе и радость, помогали в трудную минуту. Те же принципы распространялись и на случайных путников. Это удивляло и восхищало одновременно. Возможно, у человечества ещё был шанс на спасение.
— Спасибо Вам. Правда, спасибо большое. Даже не знаю, как вас отблагодарить.
И это была правда. Трудно выразить словами всю ту благодарность, которую сейчас испытывала Соня. Да и остальные чувствовали то же самое. Слишком много сделала для них эта женщина и судя по тому, что никто из местных не выказал недовольства их присутствием, придерживались они того же мнения.
— Отблагодарите, когда вернетесь живыми. Если будете возвращаться той же дорогой, заходите. Мы всегда вам рады.
Чуть позже Виктория показала им карту местности, дополненную разными уточнениями. Больше опасных троп, больше зон, которые стоило обходить десятой дорогой из-за заражённых животных или людей. Кто из них опасней, ещё вопрос.
Покинуть заставу решили следующим утром. Они достаточно отдохнули, пополнили припасы и были готовы продолжать путь. Вот только в ночь перед отправлением Соне не спалось. Сказывался долгий утренний сон или же внутреннее беспокойство не давало покоя, вот только девушка, промаявшись в кровати больше двух часов не выдержала, выйдя на улицу в попытке проветрить голову.
Как и ожидалось, нормальные люди давно уже спали. Только редкие дозорные, вооружённые ружьями и керосиновыми лампами, шагали по высоким стенам вокруг заставы, карауля покой мирных жителей.
Не зная куда лучше пойти, чтобы не привлекать лишнее внимание, тем более не мешать никому, Соня решила пойти в проверенное место. Цыплята давно уже спали под тёплым крылом кур, которые чутко охраняли сон своих малышей, поэтому сейчас возле загона было тихо. Однако она всё равно оказалась не одна.
Поглаживая виляющую тонким хвостом дворняжку, спиной к ней сидел Андрей. Непривычно было видеть короткий хвостик распущённым. Да и в принципе остановка была слишком расслабляющей. Не в пример последним неделям, проведённым в открытом мире.
Что ещё более странно, ей хотелось поговорить с ним. Почему-то сейчас, именно в такой тихой, скрытой от посторонних глаз обстановке, Соня действительно чувствовала себя уютно рядом с тем, кого годами старалась оттолкнуть. И весьма преуспела в этом.
— Тебя бы подстричь, — она слегка дернула за отросшую прядь, нисколько не удивляясь, что юноша не обернулся. Наверняка слышал её шаги. — Такие мягкие, даже завидно.
— Если есть ножницы – вперед, я не против, — пожал плечами Андрей, улыбаясь, когда собака, в очередной раз перевернувшись, положила вытянутую мордочку ему на колени.
— Кто этим обычно занимается?
— Матильда.
— Удивлена, что не Эмиль.
— Эмиль мне скорее полголовы отстрижёт, с его-то аккуратностью. Ты, вообще, почему не спишь? Завтра вставать рано.
— Могу задать тот же вопрос.
— Я был первый.
— И, тем не менее, — уступать она не собиралась. Но и желание посидеть в столь уютной тишине было велико, в сотый раз вынуждая подумать, что важнее: вывести парня из себя или сдаться. Здравый смысл всегда был в почете у девушки, поэтому выбор пал на второе. — Голова забита всем и сразу. Просто не получается уснуть.
— То же самое. Судя по карте, мы на середине пути. Ещё немного, и будем на месте.
— Поверить не могу. Ты волнуешься?
— По-твоему я не могу волноваться? — фыркнул парень, почёсывая животное за ухом. — Все мы люди и можем иногда сомневаться.
— Ты не похож на такого человека.
— Даже не знаю, комплимент ли это.