Много времени не потребовалось, чтобы понять, где они находятся. Чуть в стороне, закрытая неподходящей по диаметру дверцей, находилась рабочая печь. Языки пламени вырывались из-под плохо закрытой двери, всякий раз сопровождая своё появление глухим треском. Парень мог поставитьна что угодно – дерево так не горит.
Скрипнула ржавая дверь, и на свет вышел коренастый мужчина, на ходу надевая перчатки сварщика. Каждый его шаг сопровождался характерным шуршанием длинного фартука, предназначенного для работы с расплавленным металлом. Сварочная маска не только защищала его зрение, но и надежно скрывала лицо.
На мгновение его голова повернулась в сторону связанных пленников, от чего у Андрея табун мурашек по спине прошелся. Ещё хуже стало, когда мужчина, открыв дверцу печи, вытащил оттуда жаропрочный контейнер, содержимое которого заставляло буквально задержать дыхание. Серый пепел заполнял весь объем крупного контейнера, однако некоторые кости сгорели не полностью и теперь торчали наружу, напоминая о том, что когда-то были частями человеческого тела.
— Нравится? — неожиданный голос застал Андрея врасплох, вынуждая поднять взгляд на всё еще скрытое под маской лицо. Но он всё равно чувствовал на себе внимательный взгляд. — Не волнуйся, вам недолго осталось ждать. Сейчас, только ящики ваши принесу и приступим.
— Приступим к чему? — нервно усмехнулся Андрей, отчаянно стараясь выпутаться из тугих узлов, но без толку.
— Отец сказал избавиться от вас, — вот так просто, абсолютно спокойным голосом он говорил, что собирается убить их буквально через пару минут. Юноша даже не знал – бояться ему или смеяться от абсурдности сложившейся ситуации.
— Может, не надо?
— Надо, друг мой. Слово Отца здесь закон, я не могу ослушаться. К тому же, вы сами виноваты. Не стоило лезть туда, куда не следует.
— Да, я понимаю, что мы были неправы, но пускать пулю в лоб из-за любопытства? Серьёзно?
— Пулю? — местный пекарь даже оторвался от сбора собственных лезвий, поворачивая голову в сторону пленника. — Ох, нет, вы же не знаете. Отец хотел, чтобы вы осознали свои ошибки и раскаялись перед смертью. Поэтому вот, — он кивнул в сторону всё ещё не закрытой печной камеры, почти любовно оглаживая каменную стену строения. — Вас ждет казнь путем сожжения. Заживо. Здорово, правда?
Надо было выбираться и как можно скорее.
Сказать легко, а вот сделать оказалось куда сложнее. Руки зафиксированы, ноги свободны, но толку от них было мало. Да и Марк всё ещё в отключке. Сказалась сильная кровопотеря. Единственное, на что рассчитывал Андрей, что ему удастся согнуть ноги в колене достаточно сильно. Виктор всегда учил прятать отмычки и прочие полезные инструменты туда, где никто искать не будет.
*
Алиса старалась. Соня видела это по покрасневшим щекам и сведенным вместе бровям, меж которых уже залегал небольшая складочка. В будущем может появиться морщина, так что стоит сказать ей об этом. Однако сейчас оно того стоило.
Ещё несколько недель назад, во время недолгой остановки в каком-то селе, Алиса случайно порвала собственный браслет. Крохотные разноцветные кубики, буквы на которых складывались в имена родителей, рассыпались по траве, тут же скрываясь из виду, не давая возможности собрать всё обратно. Она тогда сильно расстроилась из-за собственной неуклюжести, но виду подавать не стала. И так слишком много едких комментариев от Антона по поводу собственной никчемности. Провоцировать его на большие издевательства не хотелось.
Однако Андрей заметил. Видел её подавленное состояние, вот и решил поинтересоваться, в чём дело. Пришлось рассказать. Почему-то именно ему врать не получалось. Алиса рассказала всё просто так, чтобы выговориться. Кто же знал, что поздно вечером юноша принесет ей тонкую проволоку, на которой крутились те самые кубики. Многих не хватало, и, тем не менее, из тех, что нашёл, смог составить её имя. Правда, буква «С» была нацарапана кончиком лезвия поверх буквы «К», но это детали.
— Подумал, это лучше, чем ничего, — коротко улыбнулся Андрей в ответ на удивленный взгляд. — Нет ничего важнее семьи, так что больше не теряй их.